Книга вторая. Глава 18


«Вот мы и дома,- запирая изнутри  дверь своей квартиры, подумал Герон.-  И теперь нас можно поздравить с успешным окончанием опасной командировки».

«Первой опасной командировки»,- поправил его Яфру.

«А сейчас мы, Барсик, пойдем и примем душ,- входя в гостиную и расстёгивая ворот рубашки, объявил журналист.- Я с головы до ног пропах канализацией и всю одежду завтра, а вернее уже сегодня, придётся сдавать в химчистку».

«Только не вздумай тереть меня мочалкой,- предупредил его Барсик-Яфру.- Кошки тоже не любят избыточную влажность».

«Хо, какие мы все нежные,- усмехнулся Герон.- Ну, подумаешь, пройдусь пару раз мягкой губкой по твоей мордашке. Она от этого только чище станет».

«Я могу испугаться и поцарапать тебя»,- пригрозила пантера.

«Вот навязалась на мою шею, то бишь на грудь,- покачал головой журналист.- Это нам не нравится, а этого мы и вовсе не желаем. Ты хочешь, чтобы от моей груди разило канализацией?»

«Не беспокойся, я себя как-нибудь и сама вычищу,- заверила его пантера.- У тебя шампунь с хвойным экстрактом есть?»

«Кажется, был такой,- ответил Герон, раздевшись и входя в душевую кабину.- А может быть, тебе купить шампунь с экстрактом валерианы?»

«Может быть»,- мягко растягивая каждое слово, ответил Барсик-Яфру.

Журналист отрегулировал напор и температуру воды, а затем взял нужный  шампунь и обильно смочил им волосы. Энергично взбивая пену, он стал тщательно втирать её в лицо, уши и шею, мурлыча при этом какую-то песенку. Именно мурлыча, потому что звуки, которые он издавал, очень уж напоминали кошачьи.

«Сильная аура у твоей подруги,- подумал Герон, обратив вдруг внимание на своё мурлыкание.- Если так пойдёт и дальше, то я скоро стану не говорить, а мяукать».

«Мр-р»,- ответил Барсик, вылизывая свою грудь.

«Понятно,- усмехнулся Герон.- Ты, я вижу, такого же мнения».

 

Сполоснувшись в последний раз, журналист снял с крючка большое махровое полотенце и, накинув его на голову, принялся растирать и сушить свою причёску.

«Да протри же ты скорее грудь,- нетерпеливым голосом потребовала пантера.- У меня вся шкура промокла до самого кончика хвоста, а он свой ёжик никак просушить не может».

Герон обеими руками прижал к груди полотенце и почувствовал, как под ним отряхивается тело кошки.

«Полегчало?»- спросил журналист после того, как успокоилась пантера.

«Да,- довольным тоном ответил Барсик-Яфру.- Теперь можно пойти и что-нибудь скушать».

«И выпить рюмочку блекки»,- не без ехидства добавил Герон.

«Нет, это просто невыносимо!- воскликнул бог яфридов.- Я не могу лишить себя вкуса любимого напитка. Нужно срочно что-то придумать».

Журналист надел чистое нижнее бельё, накинул на плечи мягкий халат и, обувшись в тапочки, отправился на кухню.

 

«А ты можешь расслоиться?»- спросил он вдруг у Яфру, доставая из холодильника продукты.

«Как это?»- не понял его бог яфридов.

«Если я всё правильно понял, то главная твоя задача состоит в том, чтобы не обнаружить свою истинную энергию»,- подумал Герон.

«Да, это так»,- подтвердил Барсик-Яфру.

» А проблема состоит в том, что энергетическая маска и твой внешний вид слишком сильно влияют на твою ауру «,- продолжал журналист.

«И это правильно».

«Ну, так помести между своей аурой и аурой кошки прослойку той энергии, которая по своим параметрам наиболее тебе близка.  Она сыграет роль буфера и заметно снизит влияние на тебя кошачьей энергии. Ну, а то существо, которое после этого появится на моей груди, может выглядеть как угодно. Всё равно тебя никто не видит, кроме меня».

 

Пару секунд Яфру молчал и вдруг взорвался, не похожим ни на что смехом, в котором интонации яфрида перемешались с кошачьим мяуканьем.

«Гера, логика и изворотливость твоего мышления удивляют меня всё больше и больше,- закончив смеяться, признался Барсик-Яфру.- Тебе нужно не статьи писать, а сказки сочинять. Ты — прирождённый сказочник. Сейчас я мигом слетаю в зоопарк и поищу там что-нибудь подходящее».

Журналист начал сервировать в зале стол, время от времени возвращаясь к холодильнику и выбирая продукты уже без участи зелёного бога.

Внезапно он ощутил на груди слабое шевеление и, прикрыв глаза, осмотрел себя со стороны зрением Нарфея. Пантера исчезла, а вместо неё в своей любимой позе восседал мохнато-чёрный Яфру. Форма его головы существенно изменилась, превратившись в нечто среднее между яфридом, пантерой и ещё каким-то животным. Хопер значительно уменьшился, торчушки превратились в мягкие и аккуратные уши, а большие зелёные глаза радостно сияли, излучая изумрудный свет.

«Как я выгляжу?- спросил Герона Яфру.- На кого похож?»

«Ты ни на кого не похож,- осмотрев его со всех сторон, подумал журналист.- Ты — самое оригинальное и, наверное, единственное в своём роде существо, которое только могло  родиться в моём воображении. Твои коллеги упадут в обморок, когда увидят тебя в таком обличии…. Кого из обитателей зоопарка ты взял в свою команду?»

«Королевский гридли,- ответил многоликий бог.- Это — самое лучшее из всего, что там имелось».

«То-то я смотрю, что твоя голова увеличилась почти вдвое,- понятливо кивнул головой Герон.- Но я бы не сказал, что она испортила твой внешний вид, скорее наоборот».

«Ё-х-хо,- воскликнул мохнатый Яфру.- Ну-ка, плесни в нашу чекашку блекки. Посмотрим, не потеряла ли она для меня свой вкус».

Герон в это время уже устроился в большом кресле и, пододвинув ближе к себе журнальный столик с закуской, налил полный фужер настойки.

«Поздравим себя с успешным выполнением  ответственного задания и пожелаем себе новых трудовых успехов на нашем нелёгком и опасном поприще»,- мысленно произнёс тост журналист и осушил фужер до дна.

«Божественно!- восхищённо прошептал Яфру спустя несколько секунд.- Мне кажется, что этот напиток стал ещё лучше, чем прежде. Он приобрёл какой-то неуловимый привкус, едва заметный аромат и неповторимое послевкусие.  А что у нас находится в этой баночке?»

«Икра северной скайры. Содержит большое количество антиоксиданта»,- прочитал Герон и, уложив слой икры на кусочек  хлеба, отправил её в рот.

«Недурно,- оценил закуску Яфру.- Весьма недурно».

«Послушай…,- замялся журналист, не зная, как ему теперь обращаться к своему мохнатому другу.- А я случайно не облучился, гуляя по каналам? Кстати, как мне, теперь, тебя называть? На Барсика-то ты уже не похож».

«Радиационный фон в канализации был довольно слабый, зато мутанты просто светились от радиации. Ну, а что касается моего нового имени, то давай что-нибудь придумаем».

Он замолчал, видимо перебирая в уме различные варианты.

 

«Дело в том, что это действительно очень важно,- наконец, произнёс Яфру.- Мысленно и громко обращаясь ко мне, ты посылаешь энергетический импульс, эхо которого может услышать всё тот же Фан. Поэтому моё имя должно полностью соответствовать, как моей новой энергии, так и моей внешности. Краем уха я слышал о существах, похожих на мой теперешний облик, но более подробную информацию можно получить только у форгота. Мне сейчас нельзя с ним разговаривать, поскольку я дал слово Нарфею, что останусь на Дагоне лишь в качестве наблюдателя. И, кроме того, при разговоре с Занбаром моя энергия появится в информационных полях и Фан без труда определит мое местонахождение. Общаться с форготом без каких-либо осложнений можешь только ты».

«А он сейчас нас не слышит?»- поинтересовался Герон.

«Нет. Для того чтобы он услышал наш разговор или твоё обращение к нему, мне нужно снять с нас энергетическую защиту, спрятаться в твоём сознании, а часть энергии превратить в камень Яфру».

» Это, наверное, опасно?- обеспокоился Герон.- Фан не может обнаружить тебя в такой момент?»

«Может,- подтвердил Яфру,- но лишь в том случае, если его энергия приблизится к тебе на критическое расстояние. Определённый риск действительно существует, но кто не рискует, тот рискует остаться, ни с чем. Зато в случае успеха у нас будет правдоподобная легенда, которая ни у кого не вызовет ненужных подозрений. Только постарайся недолго разговаривать с Занбаром. Ты готов?»

«Да,- ответил Герон, принимая более удобную позу.

 

Спустя пару мгновений журналист ощутил на своей груди тяжесть камня и, потрогав его ладонью левой руки, обратился к форготу.

«Занбар, ты меня слышишь?»- что было сил, мысленно закричал Герон.

«Ой, что же ты так орёшь-то,- поморщился форгот.- Аж уши заложило».

«Я думал, что ты меня не услышишь»,- смутился Герон.

«Тебя сейчас, наверное, услышал даже мой брат, который живёт на другой планете,- усмехнулся Занбар.- Зачем ты меня позвал?»

«Ты говорил, что поселился на Дагоне одним из первых и знаешь всю её историю»,- напомнил ему журналист.

«Не одним из первых, а самым первым,- поправил его форгот,- потому что я должен собирать информацию о возникновении любой формы разумной жизни на этой планете».

«Мне приснился чудной сон,- солгал Герон, стараясь думать, как можно более правдоподобно.- В нём я увидел странное существо, похожее на яфрида, обросшего густой чёрной шерстью».

«Ого,- удивился Занбар.- Неужели Юрген снова заинтересовался нашей планетой? Лично я не заметил его появления».

«Я не уверен, что всё происходило на Дагоне»,- попытался вывернуться Герон.

«Тогда это многое объясняет,- сказал Занбар.- Возможно, Яфру решил погулять по галактике, прихватив с собой и твоё сознание. Я вижу, что твой потенциал сильно вырос за последнее время. Наверное, скоро ты сможешь уже самостоятельно выйти во Вселенную».

«Так какое же существо я увидел во сне?»- вновь спросил его Герон, чувствуя, что мысль форгота уходит в другую сторону.

«Давно, почти в самом начале заселения планеты, на ней жили существа, называвшие себя юрге. Они действительно были похожи на яфридов, появившихся гораздо позже. Юрген — бог этого народа, решил, что Дагона не самое хорошее место для обитания и переселил свои создания на другую планету».

«А каким типом энергии обладали юрге?»- поинтересовался Герон.

«О-о,- снова удивился Занбар,- ты уже и в этом разбираешься? Похвально. Взрослеешь прямо на глазах. Цвет их ауры представлял достаточно сложную смесь  ауры гридли и пантеры. А внешне от яфридов они отличались тем, что не имели на голове торчушек, и их тело было покрыто не чешуёй, а коротким плотным мехом».

«Да, да,- обрадовался Герон,- именно такое создание я и видел во сне».

«Наверное, это не моё дело,- вздохнул Занбар,- но мне кажется, что Яфру сильно рискует, выводя твоё слабое сознание в открытый космос. Впрочем, я не имею права вмешиваться в ваши личные отношения».

«Мой отец к тебе больше не приходил?»- спросил Герон, желая последними вопросами увести внимание форгота от основной темы разговора.

«Как же, был недавно,- улыбнулся Занбар.- Я ему ещё одну «сказку» рассказал. Он очень любит слушать такие истории».

«А кроме него, тебя кто-нибудь навещает?»

«Нет. Дорогу к моему дому знает только твой отец. А ты не забыл, где я живу?»

«Если ты пригласишь меня к себе, то мимо твоего дома я точно не пройду,- усмехнулся журналист.- Главное, чтобы гость был не в тягость».

«Приходи ко мне в любое время,- обрадовался форгот.- Одно дело — разговаривать по телефону, и совсем другое — общаться, глядя своему собеседнику в лицо».

«Да, это так,- подтвердил Герон.- Тогда до встречи?»

«До встречи»,- ответил форгот.

 

«Уф, наконец-то,- облегчённо вздохнул Яфру, появившись на груди журналиста в образе юрге.- Опасно играешь, Гера. Врать форготу — занятие совершенно бесперспективное и заведомо провальное. Я еле успел отфильтровать твои мысли. Мне пришлось срочно создавать в твоём сознании картинку нашего несуществующего путешествия. Ты балансировал на краю пропасти и постарайся в будущем не лгать Занбару. Обнаружив попытку обмана, он закроет для тебя доступ к любой информации и, кроме того, сообщит о твоей неблагонадёжности своим собратьям. Форгот — очень важная фигура на шахматной доске Вселенной».

«Зато я теперь знаю, что тебя зовут Юрген,- засмеялся Герон.- И мы можем разговаривать, не опасаясь пристального внимания Фана».

«Да, это большое достижение,- улыбнулся в ответ Юрген.- Честно говоря, Гера, мне очень нравится склад твоего характера. Ты иногда бываешь, ехиден и несносен, но в тебе, так же, как и во мне, живёт кураж — самое ценное качество творческой души. Давай выпьем за единство наших душ!»

 

Закусывая настойку, Герон заметил, что вкусовые качества некоторых привычных для него продуктов изменили свои свойства.

«Интересный побочный эффект от применения мимикрии, не так ли?- спросил его Юрген-Яфру, намекая на необычный вкус закуски.- В будущем, чтобы в полной мере получить наслаждение от  той или иной пищи, нам достаточно будет принять соответствующий облик. Я уже довольно быстро перестраиваю контур нашего сознания и скоро мы сможем менять свои маски, что называется «на лету». Есть только один минус — эти манипуляции отнимают у меня много энергии…. А не пора ли нам подзарядиться энергией Иризо?»

«Прямо сейчас?»- удивился Герон.

«А почему бы и нет? Что нам мешает переместиться в освещённую часть планеты?»

«Камеры слежения в моей квартире»,- усмехнулся журналист.

«Да разве же это проблема?- насмешливо фыркнул Юрген-Яфру.- Ложись на кровать и полностью укройся одеялом. Я перемещу твоё тело, а вместо тебя оставлю в постели резиновую куклу».

«А мы не слишком пьяны, чтобы заряжаться энергией Иризо?»

«Загорать можно и в пьяном виде. Главное — не уснуть на пляже»,- засмеялся Юрген.

«Полетели,- согласился Герон,- но только выбери какое-нибудь безлюдное место. Кстати, а ты не забыл, что подзаряжаться тебе придётся в образе юрге?»

«Я тебе уже говорил, что все создания, подобные мне (и Юрген в их числе), имеют способность питаться энергией Иризо,- напомнил ему Яфру.- Просто сейчас мне придётся трижды преобразовывать эту энергию. Процесс, конечно, несколько замедлится, но свободного времени у нас вполне достаточно».

«Вперёд!- скомандовал Герон, отодвигая столик и поднимаясь из кресла.- После тьмы и сырости канализации, будет очень приятно поваляться на песчаном пляже какого-нибудь необитаемого острова».

Он зашёл в спальню, снял халат и лёг в кровать, полностью укрывшись одеялом. Голова его отяжелела, тело расслабилось, и журналист погрузился в состояние глубокого сна.

 

Ещё не открыв глаза, Герон почувствовал тепло ярких лучей Иризо, ощутил запах солёной воды и услышал крики морских птиц. Зрением Нарфея журналист осмотрел окружавшую его природу. Он лежал на берегу песчаной лагуны и океанские волны, разбиваясь о рифы и одинокие скалы, доходили до его ног слабой и ласковой волной.

«Вот, как ты и хотел,- послышался голос Юргена.- Остров совершенно необитаемый, если не считать большой колонии птиц. Начнём?»

«Подожди,- остановил его Герон.- Я хочу сначала искупаться. Всего лишь пару раз нырнуть. Ты не против?»

«Валяй,- согласился Юрген.- Место тихое, акул нет».

Журналист зашёл по пояс в теплую и прозрачную воду, сполоснул лицо и ёжик волос, уже успевший нагреться под полуденными лучами, а затем нырнул.

 

Он плыл у самого дна, разглядывая разноцветные кораллы и диковинных рыбёшек, быстро уплывавших при его приближении, как вдруг увидел полусгнивший корпус старинного парусника.

«Смотри, затонувший корабль,- обращаясь к Яфру, подумал Герон.- Когда-то во время шторма, его, наверное, выкинуло на рифы».

«В океане таких кораблей можно найти великое множество»,- отозвался Юрген.

Журналист приблизился к большой пробоине в днище судна и, заглянув в неё, вытащил оттуда бочонок, весь обросший ракушками и водорослями.

«А вот и трофей,- радостно подумал он.- Сейчас пойдем, подзарядимся, а потом посмотрим, что у него внутри».

 

«Бр-р,- фыркнул, отряхиваясь Юрген, как только журналист вышел на берег.- Ты, конечно же, забыл, что юрге были кошками, и они не занимались подводным плаванием».

«Ах, да,- спохватился Герон.- Так что же ты меня не остановил?»

«Я и сам об этом не подумал,- захохотал Юрген-Яфру.- Скрываясь под маской чужой энергии, я в большей части своего сознания всё равно остаюсь яфридом».

«Да, нелегко жить в чужой шкуре»,- согласился с ним журналист, медленно продвигаясь вдоль берега и выбирая наиболее подходящее место для подзарядки.

«Я думаю, что здесь нам будет удобнее всего,- подумал он, остановившись в центре  просторной песчаной поляны.- Ты готов?»

«Всегда готов»,- усмехнулся Яфру.

Герон развернулся к Иризо, закрыл глаза и стал усиленно притягивать к себе его палящие лучи.

«Замечательно»,- с наслаждением прошептал Юрген, мгновенно поглощая всю направленную на него энергию.

Вскоре сознание журналиста закружилось и, потеряв ориентацию в пространстве, провалилось куда-то вниз, уже не ощущая ничего вокруг себя.

 

Когда Герон очнулся, то понял, что он лежит навзничь на песке, раскинув в стороны руки. Во рту ощущалась неприятная и горькая сухость, голова была мутная и тяжёлая, а мышцы тела гудели от усталости и напряжения. Журналист с большим трудом сел на песок и посмотрел на грудь. Юрген сидел в своей любимой позе, но какой-то обмякший и пришибленный. На кончиках волосков его короткого меха с треском вспыхивали разряды энергии.

«Ты часом не перестарался?»- спросил его Герон.

«Да, кажется, в этот раз я лишка хватил»,- признался мохнатый бог.

«Говорил же я тебе, что мы не трезвые,- укорил его журналист.- А теперь вместо бодрости имеем жуткое похмелье».

«Я бы мог сейчас выбросить в пространство пару протуберанцев, но это может негативно отразиться на твоём сознании»,- простонал Юрген, тоже мучаясь от переполнявшей его энергии Иризо.

«Ты и меня залил под самую горловину»,- подумала мысль Герона, осматривая воображаемое пространство своей души, которая в эту минуту была похожа на раздувшийся новогодний шар, сверкающий и пульсирующий короткими и резкими толчками.

«Пока я преобразовывал энергию, то упустил момент, когда нужно было заканчивать процесс,- усталым голосом произнёс Юрген-Яфру,- и излишки выплеснулись в твоё сознание».

 

Герон мутным взглядом посмотрел на рифы и скалы, стоявшие, будто часовые в горловине лагуны и внезапно понял, что он должен сейчас сделать. Мысль журналиста быстро спряталась в чулан и, управляя оттуда телом и сознанием, начала преобразовывать свои излишки в энергию молнии.

Между вытянутыми ладонями мгновенно возник светящийся шар, который увеличивался с каждой секундой. Герон старался забирать энергию из области общего сознания, словно насосом откачивая излишки и направляя их в шаровую молнию, растущую в его ладонях.

Когда искрящийся шар достиг размеров футбольного мяча, мысль журналиста резким толчком послала его в сторону скал. Раскалённый шар мгновенно сорвался с места и, ударившись в каменный палец, торчавший из воды, разрушил его до основания.

 

«Ух, ты, полегчало-то как,- радостно вздохнул Юрген.- Словно полный ковш рассола выпил. Когда ты этому научился?»

«Да ты ведь сам мне показывал, что нужно сделать, чтобы освободиться от энергии молнии,- напомнил ему Герон.- После того, как мы вернулись с грозовой охоты».

«Нет, брат,- прищурился Юрген-Яфру,- ты мне мозги-то не тумань. Одно дело — освобождаться от энергии молнии, которая в чистом виде находится в твоём теле и сознании, а совсем другое — преобразовывать свою энергию в шаровую молнию. Все существа, за исключением, пожалуй, только Нарфея, пользуются для этого заклинаниями, а ты сейчас заклинание не читал. Ты вообще куда-то исчез, а твоё сознание превратилось в котёл с кипящей энергией. Может быть, ты откроешь мне свой секрет?»

«Юрген,- устало вздохнул Герон.- Ты — бог, а я — всего лишь человек. Ты обладаешь знаниями и возможностями, о которых я не могу даже мечтать. По воле случая мы объединены общим сознанием, но, несмотря на это, ты ещё не открыл мне, ни одного своего секрета. Может быть, первый шаг следует сделать тебе?»

«Гера, я не собираюсь что-либо от тебя скрывать,- пожал плечами Юрген-Яфру.- Да и зачем тебе нужны мои «секреты», если ты всё равно не сможешь ими воспользоваться? Все мои способности и возможности основываются на огромном количестве энергии. Ну, не может один походный генератор обеспечить электроэнергией весь столичный мегаполис».

«Тогда будем ждать, пока мой генератор не превратится в атомную электростанцию,- усмехнулся журналист.- Вот когда мы станем с тобой равны в этом отношении, тогда и будем делиться секретами».

Юрген-Яфру вдруг тихо и добродушно засмеялся.

«За всю свою жизнь я не встречал существа, более упрямого, чем ты,- всё ещё посмеиваясь, произнёс он.- А вообще-то, Гера, ты прав. Оставайся всегда оригинальным и загадочным. Только такое существо вызывает к себе интерес и уважение окружающих. Будем возвращаться домой?»

«Подожди. Мы ещё не посмотрели, что находится в той бочке»,- напомнил ему Герон.

 

Он подошёл к бочонку и осмотрел его со всех сторон. Не найдя в нём затычки, журналист подобрал увесистый камень и, сильно ударив им по просмолённому днищу, сломал дубовые рейки. Освободив бочонок от обломков, Герон стал доставать из него аккуратно уложенную одежду.

Атласная рубаха с кружевным воротником и ажурными манжетами, богато расшитый парчовый камзол, панталоны, шляпа с перьями и причудливой кокардой, туфли на высоком каблуке и с серебряными пряжками, широкий пояс с расшитой золотом перевязью для сабли — все эти вещи Герон поочерёдно доставал из глубины бочонка и складывал на песок.

«Всего лишь тряпки,- с сожалением подумал он, добравшись уже почти до дна.- Зря только время потерял».

«Тряпки, да не совсем обычные,- усмехнулся Юрген.- Приглядись к ним внимательнее. Вся одежда расшита золотом и драгоценными камнями. А это что такое?»

Герон в этот момент доставал свёрток, который лежал на самом дне. Развернув материю, журналист обнаружил большую золотую цепь с гербом и короткий кинжал.

«Королевская одежда,- уверенно сказал Юрген.- Но почему её запечатали в бочку?»

«Может быть, сын короля или сам король инкогнито плыл на этом корабле и попал в шторм?- предположил Герон.

«Вполне возможно,- согласился с ним Юрген. А может быть, это было пиратское судно, ограбившее королевский флагман, а кто-то из пиратов решил сохранить для себя вещи короля. Вариантов много. Что ты собираешься делать с этой одеждой?»

«Мерить»,- решительно ответил Герон и стал одеваться, с трудом разбираясь в назначении множества завязок, тесёмок и крючков.

«Ну, вылитый король,- засмеялся Юрген, осмотрев журналиста.- Туфли не жмут, Ваше Величество?»

«Не жмут, но ходить в них по песку не очень удобно,- отозвался Герон.- А что у нашего Величества в карманах?»

И он засунул руки в карманы камзола.

«Оба-на,- воскликнул журналист, доставая из левого кармана золотую монету.- Как и положено — мелочь на карманные расходы».

«Нет, друг мой,- возразил ему Юрген-Яфру, посмотрев на золотой кружок.- Ты держишь в руке не деньги».

«А что же это такое?»- заинтересовался Герон, разглядывая чеканный профиль головы с султаном волос и длинными остроконечными ушами.

«Не что такое, а кто такой,- поправил его Юрген.- Перед тобой профиль повелителя и властелина эльфернов».

«А поподробнее»,- попросил журналист.

«Таинственный народ эльфернов жил когда-то в центральной части Огненного архипелага. Много легенд и преданий осталось после его исчезновения. Одна из таких легенд гласит, что человек, собравший двенадцать знаков Эльферна, сможет открыть тайную дверь в сокровищницу с несметными богатствами. Один из таких знаков ты и держишь сейчас в руке. Если хочешь узнать подробности легенды, то можешь обратиться к Занбару».

«Обязательно покажу ему этот знак, когда приеду в Гутарлау»,- решил Герон.

«Есть и ещё одна легенда,- вспомнил Юрген.- Согласно ей, человеку, носящему в левом кармане знак Эльферна, всегда сопутствует удача. Чем больше в его кармане будет  лежать таких знаков, тем удачливей будет их обладатель».

«Вот потому-то король и погиб, что спрятал свою одежду в бочку,- усмехнулся журналист.- Носил бы на себе камзол — смотришь и в шторм бы не попал «.

«Наверное, он очень торопился, если забыл в кармане знак Эльферна,- кивнул головой Юрген.- Ты всё это заберёшь с собой?»

«Да,- задумавшись на одну секунду, сказал Герон.- Прекрасный наряд для новогоднего маскарада. А ты сможешь незаметно поместить эту одежду в мой шкаф?»

«Нет ничего проще. Принимайте исходное положение, монсеньор».

 

Герон проснулся из-за того, что под одеялом стал заканчиваться кислород. Он поспешно откинул одеяло и, тяжело дыша, посмотрел на будильник. Стрелки показывали шесть часов утра.

«Рано ещё,- подумал журналист,- а спать совсем не хочется».

Зарядившись энергией Иризо, его душа и тело были переполнены бодростью и жаждой деятельности.

«Юрген,- обратился он к своему мохнатому другу,- может, часок над столицей полетаем?»

«Давай,- согласился тот.- Что толку бревном лежать в постели?»

Две души выскользнули из тела журналиста и полетели над городом.

 

Столица уже проснулась и по всем улицам и магистралям двигалась нескончаемая вереница машин.

«Все куда-то едут, спешат, снуют туда-сюда,- подумал Герон,- а пройдёт всего лишь несколько десятков лет и две трети живущих сейчас людей уже прекратят своё существование. В этом есть хоть какой-то смысл, Юрген?»

«Ну, а как же?- отозвалась душа многоликого бога.- Просто этот смысл не виден и не понятен каждому отдельно взятому человеку. Но все они носят в себе и передают потомкам зачатки новых генов. Чтобы вырастить новый ген, человечество должно пройти путь длиною в пятьсот лет. Включившись в работу организма, этот ген изменит не только внешний, но и внутренний мир человека. Вот так, шаг за шагом человечество движется к определённой цели. Куда оно, в конце концов, придёт, тоже зависит от множества факторов. Я не стану тебе их перечислять, поскольку это займет слишком много времени. Смотри, какой красивый дворец».

» Дом и поместье Корвелла,- взглянув на многочисленные башни с островерхими крышами, узнал Герон.- Давай рассмотрим его более детально».

Они спустились ниже и полетели вдоль стен огромного дворца. В одном из окон душа журналиста заметила девушку в ночной рубашке, сидевшую на краю постели перед полотном большого холста.

«Что там такое?- заинтересовался Герон, приблизившись к окну и заглядывая в комнату.- Да это же Фриза! Кажется, она пишет картину. Пойдём, посмотрим».

Юрген и Герон просочились в щель и зависли в воздухе за спиной у девушки.

На холсте был изображён вид из окна автомобиля. На площадке уличного ресторана стояли люди, и среди них особо чётко выделялась фигура человека, в котором Герон узнал себя.

«Последняя картинка, оставшаяся в её сознании перед вспышкой священного шара»,- понял журналист.

«Обрати внимание, как тщательно прорисована твоя фигура,- заметил Юрген-Яфру.- Фриза явно выделяет тебя из толпы, а это говорит о том, что в тот момент она была заинтересована именно тобой».

«С чего бы это?»

«Гера, не задавай глупых вопросов,- поморщился многоликий бог.- Если тобой интересуются — значит, хотят познакомиться. Ну, а дальше уже, как карта ляжет».

Герон переместился в сторону и заглянул девушке в лицо.

«Боже, как же её обезобразило,- с горечью и сожалением подумал он,- смотреть страшно».

Нижняя часть лица, шея и верхняя часть груди выглядели, как сплошной рубец. Вся кожа была скомкана и смята, словно кусок розовой бумаги. Застывшая жуткая маска совершенно не соответствовала выражению грустных и задумчивых глаз.

«Пострадал невинный человек. Вот она — ошибка правосудия…. Юрген, ты можешь её исправить»,- вдруг спросил Герон.

«Ошибку или девушку?»- поинтересовался бог яфридов.

«Исправим девушку — значит, исправим и ошибку»,- сказал журналист.

«Это не совсем так,- не согласился с ним Юрген.- Чтобы исправить ошибку, нужно найти и наказать виновных. Согласно нашему уговору с Нарфеем, я не имею права этого делать. Впрочем, девушку я тоже не могу исправить. Я дал слово общаться только с тобой и не вмешиваться в жизнь других людей».

«Так,- задумался Герон,- опять нужно искать лазейку в законе. Я скоро стану большим специалистом в этой области».

«Ты уже что-то придумал?- удивился бог яфридов.- Ну-ка, выкладывай».

«Ты не имеешь права использовать энергию Яфру, но зато можешь в этом случае применить мою энергию. Кстати, Юрген тоже не давал Нарфею каких бы то ни было обещаний».

«Ха-ха-ха,- засмеялся Юрген.- Гера, из тебя вышел бы отличный адвокат. Я с каждым днём обнаруживаю в тебе всё новые и новые таланты. Ты не просто обошёл букву закона, ты её вывернул наизнанку, изменив до неузнаваемости. Но если нашу игру кто-нибудь разгадает, то сидеть нам на Тангаролла до скончания веков».

«Будем считать, что ты обучил меня искусству врачевания, а потом уже я сам помог девушке восстановиться»,- предложил ему журналист.

«Хорошо, я согласен,- кивнул головой Юрген,- но на пути к успеху  у нас имеется ещё одно маленькое препятствие. Чтобы начать процесс регенерации в теле Фризы, я должен войти в него, когда оно будет находиться в бессознательном состоянии. Говоря иными словами, сначала нужно отделить душу девушки от её тела. Если сделать это насильно, то существует большая вероятность того, что душа уже никогда не вернётся в свою оболочку. Для того чтобы всё прошло гладко, Фриза должна доверить нам свою душу и сознательно пойти на такую операцию. Как ты собираешься это сделать?»

«М-да,- вздохнул Герон.- Вот уж проблема, так проблема».

«А вот и нет,- широко вдруг улыбнулся Юрген.- Знаешь, Гера, я, кажется, только сейчас начал понимать, в чём заключается главное преимущество нашего симбиоза. Мы с тобой способны соединить в одно целое совершенно противоположные точки зрения и, применяя различные типы логики, найти выход из любого положения. Мы становимся не просто умными, а гениальными. Слушай мой план».

Мысль Герона замерла, внимательно глядя на Юргена.

«Сейчас мы разыграем маленький спектакль,- продолжил бог яфридов.- Я помещу твою душу на картину, вдохнув жизнь в нарисованную фигурку, а ты уже с холста познакомишься с девушкой и предложишь ей пройти курс регенерации. Здесь всё будет зависеть от твоих актёрских способностей».

«Да она же сразу в обморок хлопнется, как только увидит на картине живого человека»,- усмехнулся журналист.

«Ничего,- произнёс Юрген тоном хирурга, который готовится к операции.- Упадёт пару раз, а потом привыкнет».

«Ну, что же, давай посмотрим, что у нас получится»,- согласился Герон.

 

Душа журналиста устремилась к картине и начала вливаться в нарисованную фигурку. Контуры изображения сразу округлились и приобрели объёмность. Фриза, заметив эти изменения, отложила в сторону кисть и широко раскрытыми от удивления глазами, стала смотреть на молодого человека с фотоаппаратом.

— Привет,- крикнул Герон и энергично помахал ей рукой.

Глаза у девушки закатились, и она навзничь упала на кровать.

«Трубка — пятнадцать, прицел — сто двадцать, откат нормальный,- голосом командира артиллерийской батареи, произнёс Юрген.- Ты уложил её первым же снарядом, но я вижу, что она уже приходит в себя».

Фриза действительно очнулась, выпрямилась и снова взглянула на холст.

«Ну, что ты стоишь, как истукан?- возмутился Юрген, обращаясь к Герону.- Делай же что-нибудь!»

Журналист перепрыгнул через ограждение, подошёл к машине и, наклонившись, заглянул в окно.

— Мне показалось, что ты хотела мне что-то сказать,-  произнёс он, глядя на Фризу.

Девушка опять потеряла сознание и вновь упала на кровать.

«Второй раунд и снова нокаут,- усмехнулся Юрген.- Если мы будем продвигаться такими темпами, то не управимся и к обеду. Спускайся с картины и приводи её в чувство».

Герон открыл дверь автомобиля и, оказавшись в салоне, спрыгнул с холста на пол, принимая в полёте свои обычные размеры. Он подошёл к графину, набрал прямо из горлышка в рот воды и обильно опрыскал ею бесчувственное тело девушки.

Фриза сразу пришла в себя и, увидев Герона, отскочила в дальний конец широкой кровати, испугано закрывшись одеялом.

—  Не бойся — я не кусаюсь,- усмехнулся он.

— Кто ты?- прошептала девушка, пряча под одеялом нижнюю часть лица.

— Ах, да,- вспомнил журналист,- нам же нужно познакомиться. Меня зовут Герон Мелвин. Я — тот фотограф, которого ты нарисовала. Своё имя можешь не называть: оно мне давно уже известно.

— Наверное, я схожу с ума,- снова прошептала девушка, глядя то на Герона, то на картину.

— Да брось ты,- махнул рукой Герон.- Могу тебе сказать с полной ответственностью, что человек, который сходит с ума, совершенно этого не замечает. Более того,  он просто уверен в том, что именно он и является самым нормальным из всех людей.

— Как ты оказался в моей комнате?- уже смелее спросила Фриза.

— Сошёл с холста,- просто ответил Герон.- Мне кажется, что ты сама этого хотела. Или я ошибся?

— В тот день я действительно хотела с тобой поговорить,- призналась девушка.- Но ты вдруг исчез, а потом…. Потом я уже ничего не помню.

— Я знаю,- кивнул головой Герон.

— Я сплю, и мне всё это снится,- вдруг сказала Фриза, задумчиво глядя мимо журналиста.

— Да нет же. Всё дело в том, что твои краски оказались волшебными,- начал врать Герон, понимая, что без чуда ему никак не обойтись.- А твоё желание увидеть меня было так велико, что я просто не мог не ожить. Такие случаи уже бывали в истории человечества. Помнишь одинокого художника, нарисовавшего свою возлюбленную? Она ведь тоже ожила и сошла с холста.

«Вот так-то будет лучше,- намекая на то, что Фриза уже не собирается падать в обморок, заметил Юрген.- Продолжай в том же духе».

— Они любили друг друга и были прекрасны,- закрываясь одеялом до самых глаз, сказала девушка.- А моё лицо похоже на уродливую маску.

Её большие глаза мгновенно наполнились слезами, и она громко зарыдала, сотрясаясь всем телом.

— И я тебя люблю,- сказал вдруг Герон, почувствовав, как заныла его душа от жалости к этой девушке.- Я затем и пришёл, чтобы вернуть тебе твою красоту.

Фриза перестала рыдать и, быстро смахнув слёзы с глаз, посмотрела не Герона.

— Это невозможно,- прошептала она голосом, в котором прозвучала и горечь отчаяния, и робкая надежда.

— Для любви нет ничего невозможного,- улыбнулся ей Герон.- Если ты мне веришь, то у нас всё получится. Дай мне твою руку.

Фриза медленно опустила одеяло, встала с кровати и, подойдя к Герону, протянула ему свою руку.

«Так, так, так,- довольно потёр всеми своими ладонями Юрген.- Кажется, дело пошло на лад».

«Ты рисовать умеешь?»- спросил его журналист.

«Я рисую, как бог,- захохотал Юрген-Яфру.- Что ты придумал?»

«Нужно изобразить её в полный рост такой, какой она была до несчастного случая,- предложил Герон.- А затем, после регенерации, оставим на холсте её изуродованное лицо, чтобы «чудо» выглядело законченным».

«План принят,- одобрил эту идею Юрген.- Бери кисть».

 

Герон и Фриза подошли к большому холсту, стоявшему у стены. Журналист перевернул его, поставив вертикально, а затем взял в руки кисть и палитру.

— Сейчас я нарисую тебя, а потом ты войдёшь в картину и выйдешь из неё, оставив на холсте все свои рубцы и шрамы,- сказал Герон и его рука начала молниеносными движениями наносить краски на полотно.

Часы не успели отмерить и десяти минут, а портрет уже был закончен. Фриза смотрела на него, как на чудо, потому что картина была словно живая.

«Юрген, ты готов?»

«Да»,- коротко ответил бог яфридов.

«Тогда начинаем»,- подумал журналист.

— Полностью мне доверься и ничего не бойся,- гипнотизируя своим взглядом Фризу, произнёс Герон.- Закрывай глаза, входи в картину и помни, что твоя душа должна постоянно находиться рядом со мной. Поняла?

Фриза молча, кивнула головой, зажмурилась и шагнула к холсту. Внезапно  ноги девушки подкосились, и Герон еле успел подхватить её обмякшее тело.

«Всё в порядке,- сообщил ему Юрген,- душа Фризы у меня, в спокойном состоянии и думает только о тебе. А теперь клади тело на операционный стол. Хотя в нашем случае правильнее будет сказать на операционную кровать. И сам не забудь расслабиться».

 

Уложив девушку на постель, Герон прилёг рядом с ней и прикрыл глаза. Его мысль спряталась в чулан и увидела душу Фризы, которую удерживал Юрген, а затем и своё сознание, устремившееся в неподвижное тело девушки.

Мысль журналиста видела, как бог яфридов меняет программу мозга, но никак не могла понять и уловить самой сути процесса. Она только заметила, что из мозга начали поступать новые импульсы, и изуродованная кожа стала разглаживаться, становясь упругой и эластичной.

 

«Я закончил,- объявил Юрген.- Сейчас немного исправим портрет, а потом отпустим её душу».

Герон быстро обезобразил лицо на портрете, подхватил тело Фризы и подошёл к картине.

«Поставь её на ноги и так, словно бы она только что вышла из картины»,- посоветовал ему бог яфридов.

Когда душа Фризы вернулась в своё тело, то девушка открыла глаза и увидела перед собой улыбающееся лицо Герона.

— Вот и всё,- сказал он.- Все твои кошмары остались на холсте.

Фриза быстро обернулась и, увидев страшный портрет, бросилась к зеркалу. Едва только она взглянула на своё отражение, как снова повалилась в обморок.

 

«Беда с этими женщинами,- проворчал Юрген.- От испуга — в обморок, от горя — в обморок и от радости — тоже в обморок. Прыгай на картину, и полетели домой, а то нам уже пора на работу ехать «.

Герон вошёл в холст, запрыгнул на площадку ресторана и застыл с поднятой вверх рукой.

Две души выпорхнули из комнаты и, промелькнув над крышами городских зданий, не задерживаясь ни на одно мгновение, вошли в тело спящего журналиста.

 

«Однако бурная была ночка,- открывая глаза, подумал Герон.- Может быть, день будет чуть спокойнее?»

«Покой нам только снится,- хохотнул Юрген.- Пойдёмте завтракать, Ваше Величество».

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s