Книга вторая. Глава 28


В торговом помещении антикварного магазина стоял мягкий полумрак и абсолютная тишина, не нарушаемая даже большими настенными часами, потому, что их уже давно никто не заводил. Корвен Борк сидел на стуле, облокотившись о прилавок, и задумчиво осматривал зал, переводя свой взгляд с одного предмета на другой.

 

Сегодня после обеда он получил приказ явиться к начальнику управления со всеми документами, касающимися журналиста Герона Мелвина. Детектив прибыл в назначенное время, вошёл в кабинет Кампффа и положил на стол шефа папку с бумагами и фотографиями.

— Присаживайся, — кивнув головой на стоявший у стола стул, сказал Рибарди. — Фотографии принёс все?

— Все до одной, — подтвердил Борк, — включая и те, которые были сделаны на аэродроме.

Кампфф пододвинул к себе папку и начал изучать все документы. Закончив и отложив в сторону несколько фотографий, шеф полиции отодвинул на край стола папку и посмотрел на детектива.

— Дело Корвелла закрываем, — сообщил он Борку. — Сегодня Бернар звонил мне и сам попросил об этом. Дочь его чудесным образом исцелилась, а рубин, по-видимому, не представляет для него особой ценности. Кстати, он просил ещё и о том, чтобы мы сняли все подозрения с журналиста. Они что, знакомы?

— Я несколько раз показывал Корвеллу фотографии Мелвина, но, насколько я понял, они никогда не встречались, — ответил детектив.

— Если в будущем между ними обозначится какая-то связь, то информируй меня об этом немедленно, — предупредил его Кампфф. — Убийство Зацмана ещё не раскрыто, поэтому с сегодняшнего дня полностью переключайся на дело антиквара. У Корвелла к тебе нет никаких претензий, даже наоборот, он очень доволен твоей работой и в будущем, если возникнет такая необходимость, Бернар пожелал пользоваться только твоими услугами.

 

Борк сидел и слушал начальника с невозмутимым и бесстрастным выражением лица, но внутри у детектива закипала глухая досада. Он ровным счётом ничего не раскрыл и если уж говорить честно, то попросту завалил это дело, а его сейчас расхваливают так, словно он совершил что-то из ряда вон выходящее. Детектив в эту минуту с гораздо бы большим удовольствием  выслушал выговор и разнос от шефа полиции, чем лестные отзывы Корвелла. Профессиональная гордость Корвена была задета за живое, и он еле сдерживался, чтобы не обнаружить своих чувств.

 

— За Мелвиным мы будем продолжать следить, и не только потому, что он оставил свои отпечатки в магазине Зацмана, — продолжал Кампфф. — У этого парня слишком много загадок, которые нам просто необходимо разгадать. Скажи, что ты думаешь о его татуировках?

Рибарди взял несколько отложенных фотографий и показал их Борку.

— Я думаю, что это вовсе не татуировки, — неожиданно для себя самого, произнёс детектив, почувствовавший вдруг, что сейчас от внутреннего возмущения его самолюбие пойдёт в разнос, и он может наговорить много лишнего.

Но слова уже были сказаны, и Борк решил идти ва-банк.

— И если уж говорить честно, то у меня сложилось впечатление, что мы имеем дело вовсе не с человеком, — решительно закончил он.

Рибарди Кампфф несколько секунд буравил детектива пристальным пронзительным взглядом, которого так боялись все сотрудники столичного управления, но Борк спокойно его выдержал и даже почувствовал некоторое внутреннее облегчение.

— А с кем же тогда? — медленно произнёс Кампфф, продолжая смотреть на детектива.

— Я также далёк от мистики, как и от фантастики, — ответил Борк, —  но когда  смотрю на этого парня, то ничего другого на ум мне не приходит. Начнём с первого эпизода — взрыв в Шарлее. Я достаточно хорошо изучил этот случай и могу с полной уверенностью сказать, что ни один человек не в состоянии проделать такой трюк. Чтобы преодолеть расстояние до колодца, журналист должен был сделать не менее четырёх шагов или прыгнуть с места. Кто из людей способен без разбега прыгнуть на четыре метра? С момента взрыва у парня была всего одна секунда для того, чтобы спастись, а он не только сам прыгнул, но ещё и пожарника отбросил под машину.

Дальше — случай в Гутарлау. Каким-то непостижимым образом журналисту удалось одновременно находиться сразу в двух местах. Фотографии второго затмения он сделал в четыре часа тридцать минут, а ровно в пять часов Герон вышел из спальни второго этажа. Наблюдение за ним не прекращалось ни на минуту, а за это время парень мог перенестись домой только по воздуху. Кстати, его отец тоже не так уж и прост. Он был в пещере и оставил там отпечатки своих ботинок, но для того чтобы попасть в эту пещеру, ему нужно было отодвинуть скалу, поставив её потом на место, или пройти сквозь камень. Обычный человек на это не способен.

Едем дальше — мясокомбинат и мутанты. Криминалисты зафиксировали отпечаток обуви журналиста у той ограды, из которой был вырван прут и отпечаток его ладони на крышке люка. Её парень отбросил одной рукой, и она пролетела по воздуху  тоже четыре метра. Имея такую силу, немудрено и копьё метнуть так, что оно вонзиться в ствол дерева на глубину двадцати сантиметров. АКС запечатлел и другие фокусы Мелвина. При просвечивании туалетной кабинки, выясняется, что внутри никого нет и вдруг, спустя всего пару секунд, оттуда появляется журналист и говорит, что просидел в ней полчаса. А его «татуировки», которые он меняет, чуть ли не моментально, при ближайшем рассмотрении вовсе не выглядят таковыми. Это не наколки, не наклейки и не рисунки. Я попросил Стиви сделать максимальное увеличение морды той пантеры, которую Герон сейчас носит на своей груди. Мы всем отделом рассматривали это изображение и сошлись на мнении, что это фотография живого зверя.

 

Борк заметно разволновался и по привычке достал из кармана пачку сигарет, но вспомнив о том, что шеф не курит, затолкал её обратно.

— Кури, — разрешил ему Кампфф и пододвинул к детективу пустую пепельницу. — Это всё, что ты заметил за журналистом?

— Это всё, что зафиксировала АКС и то, что могут подтвердить свидетели, — уточнил Борк, вновь доставая сигареты.

— А почему бы тебе не рассказать мне всё? — внезапно улыбнувшись, спросил его Рибарди.

— Чтобы через полчаса оказаться в кабинете психиатра, а затем и в Шестом управлении? — усмехнулся Корвен. — Вот когда я действительно сойду с ума, тогда и начну рассказывать об этом.

— Ты боишься, что я донесу на тебя  нашим «борцам за чистоту разума»?

— В этом вопросе я боюсь даже свою семидесятилетнюю соседку, которой вполне может показаться, что я не в своём уме, — ответил детектив, прикурив сигарету. — И поэтому я всегда говорю только то, что могу подтвердить фактами, доказательствами и свидетелями.

Рибарди Кампфф смотрел на Борка, подперев голову ладонью левой руки, и глаза его почти смеялись. Таким детектив ещё никогда не видел своего шефа.

— А если я сейчас расскажу тебе, как вчера с одним чёртом летал на шабаш, то ты тоже побежишь доносить на меня? — со смехом спросил детектива Кампфф.

— Я так понимаю, что «чёрт» — это ваш приятель, а «шабаш» — название ресторана в соседнем городе, — в тон ему ответил Корвен.

— Да, нет, — возразил ему Рибарди. — Настоящий чёрт с рогами и копытами, только вот староват уже: на затылке лысина и пока он меня до шабаша нёс на своей спине, то аж запыхался весь.

— Перед тем, как войти в этот кабинет, мне пришлось оставить у Совы свой диктофон, — вздохнул Борк. — А без доказательств за такой донос меня самого посадят в Цитадель.

Кампфф оглушительно расхохотался. Засмеялся и детектив, отчего его внутренне напряжение исчезло, и он вздохнул легко и свободно.

— Я, конечно, не смогу убедить тебя в том, что в этой комнате не установлены микрофоны, — закончив смеяться, произнёс Рибарди. — Но для того, чтобы доказать, что я способен поверить в любые твои «сказки», я готов кое-что продемонстрировать. Пойди и закрой дверь на ключ.

Корвен затушил в пепельнице сигарету, послушно поднялся со стула и с лёгкой усмешкой на губах подошёл к двери. Провернув ключ в замке на два оборота, он вновь вернулся на своё место.

 

Рибарди Кампфф откинулся на спинку своего кресла, закрыл глаза и стал что-то тихо шептать. Внезапно на письменном столе, словно из воздуха возникли  два чертёнка. Оба были ростом с карандаш, и каждый из них держал в руке трезубец. Один чертёнок подошёл к пепельнице, ткнул трезубцем в окурок сигареты и недовольно фыркнул.  Второй чертёнок решил посмотреть, что находится в папке с документами и стал ловко перекидывать трезубцем бумажные листы.

Кампфф открыл глаза и посмотрел на детектива.

— Я не стал вызывать моего старого приятеля, — сказал он. — У него после вчерашней гулянки, наверное, все кости болят, а вот его внучата с радостью согласились меня навестить.

 

У Борка внутри, будто что-то оборвалось. Он сидел в полной прострации, и всё происходящее начинало казаться ему каким-то фантастическим сном.

— Ты, наверное, думаешь, что это иллюзия и черти ненастоящие? — усмехнулся Кампфф, наблюдая за детективом. — Положи свою руку на стол или попробуй взять чертёнка в руки.

Борк медленно и нерешительно протянул свою левую руку, положив её на стол ладонью вверх. Оба чертёнка сразу заинтересовались и подошли к руке детектива. Один из них осторожно ткнул несколько раз трезубцем в ладонь, радостно что-то воскликнул на непонятном языке и вдруг оба чертёнка, запрыгнув на ладонь детектива, стали прыгать на ней, как на батуте.

Этого Борк уже не выдержал. Он резко отдёрнул руку, отчего прыгуны упали и покатились по столешнице. Быстро вскочив на ноги, черти стали кричать в адрес детектива какие-то оскорбительные слова и грозить ему трезубцами.

Рибарди, весело засмеявшись, хлопнул в ладони, громко произнёс несколько непонятных слов и черти исчезли.

 

— Что это было? — спросил Борк, вытирая носовым платком лоб и ладони, отметив при этом, что его левая ладонь пахнет серой.

— Ты не веришь своим глазам? — усмехнулся шеф полиции. — А то, что они прыгали по твоей ладони, тебе тоже ни о чём не говорит?

Детектив достал новую сигарету и нервно закурил.

— Корвен, я бы мог тебе сейчас прочитать целую лекцию о жизни во Вселенной, — вздохнул Рибарди, — но до тех пор, пока ты не поверишь в существование невозможного, любые мои объяснения будут абсолютно бесполезны. Для тебя действия и способности журналиста кажутся сверхъестественными и фантастическими, а для меня это обычное и вполне объяснимое явление. Ты сказал, что Мелвинов нельзя назвать людьми, а я бы уточнил, что их нельзя назвать обычными людьми. На нашей планете достаточно много людей, обладающих сверхъестественными возможностями, но у большинства из них хватает ума скрывать это. Кстати, твоя поразительная интуиция — тоже божий дар, который даётся далеко не каждому. Именно она помогла тебе понять, кто такой на самом деле Герон Мелвин, хотя твой мозг и отказывается признавать то, что видят глаза. Я вызвал чертей для того, чтобы кое-что упорядочить в твоей голове. С этой минуты ты должен поверить в то, что чудеса существуют, а человека, который о них говорит, не стоит автоматически записывать в сумасшедшие. У Шестого Управления своя задача, но мы стоим гораздо выше и цели у нас совсем иные, так что тебе не стоит бояться психиатра и Цитадели.

— Кто это «мы»? — не понял Борк.

— Люди со сверхъестественными способностями, — пояснил Рибарди. — И у тебя есть шанс стать одним из них.

— А Герон Мелвин тоже один из вас? — поинтересовался детектив.

— Пока что нет, — ответил Кампфф. — Он недавно появился в поле нашего зрения, но у него теперь осталось только два варианта — или быть с нами, или быть против нас.

— А быть самим по себе он уже не может? — спросил Борк, уже понемногу пришедший в себя и начавший вполне реально воспринимать всё происходящее.

— Два медведя в одной берлоге не живут, — усмехнулся шеф полиции. — Планета Дагона — наша планета и мы никому отдавать её не собираемся. Вот почему нам так важно знать о Мелвинах всё и следить за ними мы будем до тех пор, пока в этом вопросе не наступит полная ясность. Но для этого нам нужна честная и неискажённая информация. Если ты и твои агенты будете скрывать от нас всю правду, то это сильно затруднит нашу работу.

— Ну, допустим, что я расскажу вам всё, что знаю, — немного помолчав, произнёс Корвен. — Но нет никакой гарантии в том, что мои агенты станут сообщать мне такую информацию.

— Неужели никто из них ничего тебе не сказал? — прищурился Кампфф.

— Сказал один, — кивнул головой Борк, — но только после того, как я разделся до трусов.

—Вот как? — удивлённо засмеялся Рибарди.

— Мы с ним отплыли на плоту подальше от отдыхающих, почему я и был в одних плавках, — улыбнулся Борк. — Только так я смог убедить его в том, что у меня нет с собой диктофона.

— Я надеюсь, что ты не станешь требовать от меня такой жертвы? — почти смеясь, спросил его Кампфф. — Впрочем, если это необходимо для получения правдивой информации, то мы можем прямо сейчас поехать на ближайшее озеро, взять лодку, раздеться до трусов и побеседовать на середине водоёма.

— Ваши черти вполне меня убедили, — усмехнулся детектив, понявший, что в его же интересах будет довериться Кампффу, как можно скорее.

«Человеку с его способностями лучше не перечить, — подумал Борк. — А уж если такие люди создали целую организацию, то и вовсе глупо вставать у них на пути. Шестое управление — структура могущественная, но тому, кто водится с чертями и она не страшна».

— Но как быть с моими агентами? — продолжал детектив. — Всю правду мне рассказал только один из них и тот сразу предупредил, что на берегу, он сразу откажется от своих слов.

— Это был Гордон, — вдруг сказал шеф полиции и, заметив вопросительный взгляд Борка, добавил: — вот потому ты и отдал АКС именно ему.

— Верно, — кивнул головой Корвен. — А поскольку он до того дня работал вместе с группой, то и информация могла оказаться общей.

— Вот видишь, ты уже разработал всю схему передачи правдивой информации, — одобрительно заметил Кампфф. — Главное — чтобы в этой цепи ни одно звено не утаивало и не искажало информацию.

— Но со второй группой у меня такого контакта нет, — предупредил детектив своего шефа.

— Ничего, найдём мы и к ним подход, — пообещал Рибарди. — А сейчас расскажи мне абсолютно всё.

 

Пока Борк пересказывал всё, что услышал от Гордона, шеф полиции просматривал ещё раз фотографии, перебирал бумаги и изредка глядел в сторону отсутствующим взглядом.

«Он словно и не слушает меня, — испуганно подумал детектив. — Неужели записывает на диктофон?»

То ли Борк сделал невольную паузу, то ли чем-то другим выдал своё волнение, но Кампфф вдруг отвёл свой взгляд от фотографии и посмотрел на детектива.

— Я тебя очень внимательно слушаю, — произнёс шеф полиции и снова уткнулся в фотографию.

«Чёрт! Он что, мысли, что ли читает?» — ещё больше испугался Корвен, но собрался с духом и закончил свою историю.

 

— Это всё? — спросил его Кампфф.

— Есть ещё одна фотография, но я не думаю, что она имеет какое-то отношение к журналисту, — ответил Борк и достал из кармана снимок, на котором был изображён мужчина в лёгкой тунике и с жёлтым обручем на голове.

«Ошибаешься, Корвен, — думал Рибарди, глядя на фотографию монаха. — Именно к нему она и имеет отношение».

— Где в тот момент находился журналист? — поинтересовался Кампфф.

— Нырнул в воду и пробыл там чуть больше трёх минут.

— Я заберу у тебя и эту фотографию, — сказал шеф полиции, откладывая снимок в сторону. — А теперь давай наметим наши планы на будущее. Забудь о Корвелле и его дочери, а вот о рубине тебе забывать не стоит.

— В таком случае нам придётся взять под наблюдение и Адама Форста, — предупредил его Борк. — Именно с этого человека и началась вся история с рубином. Корвелл практически сам следил за ним, а я в это время полностью занимался журналистом.

— Тогда неудивительно, что рубин исчез, — недовольно заметил Кампфф. — А почему ты сам не стал следить за Форстом?

— К тому времени я уже задействовал две бригады, — напомнил ему детектив. — Это сейчас я знаю, что могу просить в поддержку хоть целую армию, а в той ситуации я боялся и заикнуться об увеличении своей группы. К тому же, у Корвелла своя служба безопасности. Откуда мне было знать, что она так отвратительно сработает?

— Кто такой этот Форст?

— Археолог. Он и нашёл в Красных Песках рубин. Кстати, Форст снова улетел в Пески и всё в тот же район, — ответил Борк.

—Вот как? — задумался Рибарди. — Ты считаешь, что через него всё-таки можно выйти на рубин?

— Не исключено, — подтвердил детектив. — А с другой стороны, хоть Адам и первым и нашёл рубин, но к его исчезновению не имеет, ни малейшего отношения.

— Ладно, — махнул рукой Кампфф. — Займёмся археологом в том случае, если снова появится след рубина, а сейчас главная задача — журналист и антикварный магазин. Пока наш газетчик бегает со своей пантерой по джунглям и снимается в кино, ты должен разобраться с делом Зацмана.

— Неужели Герон будет бегать там без присмотра? — удивился детектив.

— За ним уже присматривают, — сообщил ему Кампфф. — А твою армию, за исключением Лари и Фидли, направим в Гутарлау к отцу журналиста.

 

Корвен пробыл в кабинете начальника полиции ещё несколько минут и сразу после этого поехал в антикварный магазин. Борк уже понял, что в его жизни наступил переломный момент и после визита к шефу, он престал быть простым детективом. «Фокусы» Герона и его отца, в общем-то, уже подготовили Корвена к такому переходу и поэтому он хоть, и был поначалу ошарашен появлением чертей на столе у Кампффа, но достаточно быстро адаптировался в новой ситуации.

 

«Переходим от воров и убийц к призракам и чертям, — думал Борк, сидя за прилавком магазина. — Но для этого, как я понимаю, одного увеличительного стекла мало. Наверное, нужно было поговорить со стариком на эту тему. Может быть, кроме АКС есть и другие приборы или способы слежения? Он сказал, что у меня хорошая интуиция, но я, честно говоря, этого совсем не ощущаю. Правда, в некоторые моменты меня несёт, бог знает куда, вопреки логике и здравому смыслу и это действительно иногда помогает решить ту или иную загадку, но нужно признать, что пользоваться целенаправленно этим я абсолютно не умею».

Детектив закрыл глаза и начал кончиками пальцев медленно массировать лоб и виски. Круговые движения пальцев успокаивали, настраивая мозг и душу на какое-то совершенно новое и неизвестное состояние. Внезапно что-то изнутри толкнуло Корвена, и он открыл глаза, словно только что проснулся.

«Кроме Зацмана и этого ящера в магазине никого не было, — совершенно чётко ощутил он. — Ящер не мог убить старика, потому что в этот момент стоял у противоположной стены на расстоянии не меньше восьми метров и смотрел ему в лицо. Каким же образом кинжал оказался в спине Зацмана?»

 

Детектив поднялся со стула и подошёл к тому месту, где в момент убийства должен был стоять антиквар. Повернувшись лицом к той стене, у которой стоял ящер, Борк ещё раз внимательно огляделся. Справа от него находилась ниша и лестница, ведущая на второй этаж, сзади, повисший на одном креплении стеллаж с оружием, а почти над головой висела  одна из трёх люстр. Корвен поднял вверх правую руку и дёрнул за шёлковый шнур выключателя. Лампочки на всех люстрах разом вспыхнули, осветив всё помещение торгового зала.

«Ящер стоял у той стены, но в руках держал пропавший меч, — думал детектив. — Значит, раньше он подходил к стеллажу, забрал клинок и отошёл к часам, потому, что там намного просторнее, а здесь такой туше и развернуться-то негде. На фотографии морда зверя находится почти на одном уровне с циферблатом  часов,  и кроме того у него толстый хвост, с которым нелегко двигаться в такой тесноте».

Борк оглянулся и внимательно осмотрел полку, пол и лежавшее на нём оружие.

«Почти все предметы упали со стеллажа на пол, но несколько ножей и кинжалов всё ещё лежат на полках, скатившись в углы, — отметил он. — Среди них вполне мог находиться и тот кинжал. А что если остался лежать на полке лезвием наружу…?

Ящер взял меч, разворачиваясь, задел хвостом за стеллаж, оружие посыпалось на пол, и именно этот шум услышал Зацман. Старик набросил на себя халат и спустился вниз. Он был уверен, что в магазине кроме него никого нет, иначе бы сразу позвонил дежурному. Жалюзи на витринах были закрыты, и в зале стояла абсолютная темнота. Зацман дёрнул за шнур выключателя и вдруг увидел у противоположной стены это чудовище с мечом в лапах. От такой картины и у здорового человека может сердце разорваться. Альверт резко отшатнулся назад и наткнулся на лезвие кинжала».

Детектив сделал шаг назад и упёрся спиной в  покосившийся стеллаж. Задумавшись на мгновение, Борк бросился к телефону.

 

— Стиви, подними дело Зацмана, — попросил он криминалиста. — Мне нужно знать точное расстояние от пяток до раны на спине.

 

Получив ответ, Корвен достал из кармана рулетку и измерил высоту от пола до угла полки, положив туда один из кинжалов лезвием наружу. Расстояние идеально совпало с тем, которое ему назвал Стиви.

«Сначала инфаркт от испуга, а спустя секунду и кинжал в сердце, — думал детектив. — Вроде бы всё сходится, но каким образом эта зверюга вошла и вышла из магазина…? Впрочем, черти у Кампффа тоже появились ниоткуда, и ушли в никуда. Привыкай Корвен к чертовщине. Без неё тебе в этих делах ни одну загадку не разгадать».

Детектив подошёл к прилавку и снова сел на стул.

«Осталось только узнать, почему отключалась аппаратура. Герон в половине десятого заходил в магазин и брал в руки кинжал, а на его груди в этот день было изображение именно этого ящера. Когда журналист появился в своей квартире, то камеры тоже перестали работать…. Чёрт!»

Борк схватил папку с документами и стал лихорадочно искать нужную информацию.

«Камеры в квартире Герона начали исправно работать, как раз в то время, когда в магазине вновь начались помехи, — отодвинув от себя бумаги, понял детектив. — А когда ящер исчез, то уже и везде аппаратура работала в обычном режиме. Кстати, утром на груди журналиста никаких татуировок не было. Неужели этот ящер и создавал помехи?»

 

Детектив уложил бумаги в папку, решительно поднялся и, выключив свет, вышел из магазина.

«Нужно срочно ехать к шефу, — садясь в машину, подумал Борк, — и узнать, как реагирует следящая аппаратура на появление его чертей».

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s