Книга вторая. Глава 44


Преодолев узкий и извилистый проход между скал и рифов, лодка Герона и шлюпка Фризы вошли в залив. Яхта остановилась у скал, почти уткнувшись носом в каменных часовых, и бросила якоря. Журналист прекрасно видел, как на её палубе торопливо бегают матросы и охранники, готовясь то ли к нападению, то ли к защите.

 

«Сейчас снайпера на нос посадят», — подумал он, наблюдая за действиями команды.

«Обязательно посадят, — согласился с ним бог Гера. – И не одного, а по стрелку на каждого из вас».

«Где же наш полицейский взвод? – шутливо возмутился журналист. – Они защищать нас не собираются?»

«А зачем ты выгнал их из леса? – улыбнулся бог в маске. – Теперь они будут «охранять» тебя только в Гутарлау. На вашей территории поселились пантера и ящер, и поэтому на ночном совещании Борк решил продолжать наблюдение за вашим домом лишь со стороны озера».

«Вижу, вижу, — сказал Герон, заметив справа от себя катер спасателей, только что появившийся в поле его зрения. – И это всё?»

«Отдашь Люку фотографии и у тебя, действительно, появится большая армия, — засмеялся бог Гера, — а пока довольствуйся тем, что есть».

Журналист сделал несколько энергичных последних гребков вёслами, и его лодка почти на треть выскочила на берег. Набросив швартовый конец на каменный палец, он стал поджидать шлюпку Фризы.

 

Пока Герон помогал девушке высадиться на берег, Кора вышла из дома и рысцой потрусила к озеру. Не добежав до берега нескольких метров, пантера остановилась, удивлённо и настороженно глядя на Фризу.

«Смелая девушка, — шепнул журналисту бог в маске. – Абсолютно никакого запаха страха. Или она прекрасно знает повадки диких зверей, или безгранично верит в тебя».

— Иди, Кора, познакомься, — позвал пантеру Герон.

— Гладить и смотреть в глаза не нужно и лучше вообще сделать вид, что ты её не замечаешь, — уже обращаясь к Фризе, сказал журналист. – Твоя очередь знакомиться наступит позже и только после того, как станет ясно, что она тебя приняла.

— Да, конечно, — спокойным и тихим голосом ответила Фриза, — я понимаю.

«Хорошая девочка, хорошая, — начала уговаривать Кору тайная мысль Герона. – Её нужно любить. Видишь, какая она тихая и спокойная. Подойди к ней ближе».

«С вашими способностями вы её можете заставить полюбить, кого угодно, — вздохнул бог Гера. – Кто сейчас из вас уговаривает Кору?»

«Я абсолютно ничего не делаю, — ответила богу явная мысль журналиста. – А ты что-нибудь заметил?»

«От вас с отцом и от Фризы я ничего не услышал и ничего не почувствовал, — ответил ему бог в маске. – Но поведение пантеры, реакция и состояние её души, ясно говорят мне о том, что кто-то сейчас внушает ей любовь к Фризе. Кстати говоря, Кора не очень-то и сопротивляется. Ещё немного и с ней можно будет спокойно разгуливать по Гутарлау. Она уже почти не испытывает чувства агрессии по отношению к людям».

Пантера в это время приблизилась к девушке, обнюхала и обошла её вокруг, а затем, словно потеряв к ней всякий интерес, ткнулась головой в ноги Герона.

— Первое «здравствуй» она сказала, — обращаясь к Фризе, улыбнулся журналист. – Теперь главное — не делать ошибок: не кричать, не размахивать руками….

— Я всё знаю, — перебила его девушка, — и думаю, что мы с ней подружимся.

«Уж не она ли пытается управлять Корой? – задумался бог Гера. – Фриза — потомок Нарфея и обязательно должна обладать скрытым потенциалом. Может быть, не так уж она и проста?»

«Тише, — предупредил его Герон. – Видишь, отец из леса выходит? Сейчас нас накроет его аура, так что спрячься и не дыши».

«Ты совсем недавно прочитал защитное заклинание и теперь в твою душу не сможет заглянуть даже Фан, — громко засмеялся бог Гера. – Неужели ты думаешь, что твой отец сильнее судейского бога?»

«У вашего судьи нет скрытого потенциала, — возразил ему журналист. – Поэтому давай не будем рисковать понапрасну».

«И это верно, — вздохнул бог в маске. – Хорошо, я уже молчу».

— Это твой отец к нам идёт? – спросила Фриза у Герона.

— Да, — ответил журналист. – В лесу начались работы по установке металлической сетки вокруг нашего участка. Отец, наверное, согласовывал с рабочими границы территории.

«Какая большая рыба, — услышал Герон голос отца, – даже мне такая никогда не попадалась».

«Нужно правильно выбирать наживку», — засмеялся в ответ сын.

 

—Доброе утро, — произнёс Илмар, подойдя ближе.

— Здравствуйте, — ответила девушка. – Меня зовут Фриза. Фриза Корвелл. Я встретилась с вашим сыном на рыбалке, и он пригласил меня в гости.

— Рыбак рыбака видит издалека, — улыбнулся Илмар. – Я тоже рыбак, и зовут меня Илмар Мелвин. А где же ваш улов?

— Я сегодня ещё ничего не поймала, — вздохнула Фриза. – Наверное, я плохая рыбачка.

— Зато эта рыбачка очень хорошо танцует, — заметил Илмар.

— Ваш сын танцует ещё лучше, — засмеялась девушка. – Я впервые получила такое удовольствие от танцев.

— Отец, мы хотим устроить здесь небольшую фотосессию, — сказал Герон. – Ты не желаешь к нам присоединиться?

— Нет, я лучше пойду и приготовлю вам завтрак, — ответил Илмар. – Наша гостья сегодня очень рано вышла на рыбалку и, наверное, уже проголодалась.

— Да, это так, — засмеялась Фриза. – А откуда вы знаете, что я сегодня рано вышла?

— Трудно не заметить ту большую лодку, которая бросила якоря за нашими скалами, — засмеялся Илмар. – Она появилась здесь ещё в четыре часа утра. Какой напиток будете пить, рыбаки-танцоры? – добавил он, обращаясь уже не только к девушке, но и к сыну.

Герон вопросительно посмотрел на Фризу.

— Наверное, кофе, — нерешительно произнесла девушка.

— Кофе — это потом, — ответил отцу Герон. – А сначала блекка.

— А что это такое? – заинтересовалась Фриза.

— Любимый напиток яфридов, — ответил ей журналист таким тоном, словно яфридом был каждый второй житель Гутарлау.

— Яфридов?! – ещё больше удивилась девушка. – А они кто такие?

— Так, ладно, я пошёл, а вы тут сами разбирайтесь, кто есть кто, — засмеялся Илмар и направился в дом.

— Яфридами называли себя древние говорящие ящеры, жившие в Гутарлау более трёхсот тысяч лет назад, — начал объяснять ей Герон. – У них было четыре руки, две ноги, которыми они очень ловко колобали и длинный толстый хопер, пардон, хвост.  Яфриды любили крюкачить, веселиться на топтальнике и пить блекку. Зато не любили, когда их балдасили.

 

Фриза, поначалу очень внимательно слушавшая Герона, всё с большим недоумением смотрела на рассказчика и, в конце концов, не выдержала и громко расхохоталась. Она схватилась за каменный палец, к которому были привязаны лодки, и всем телом содрогалась от приступа гомерического смеха.

 

«Спокойно, Кора, спокойно, — шептала тайная мысль пантере, принявшей угрожающий вид. – На нас никто не нападает и это всего лишь смех».

Журналист всё-таки на всякий случай подошёл к Коре и стал её гладить, стараясь успокоить.

Фриза, наконец, перестала смеяться, и было видно, что она прилагает достаточно большое усилие для того, чтобы взять себя в руки.

— Гера, зачем ты меня так рассмешил? – всё ещё держась за каменный палец и изо всех сил стараясь говорить спокойно, спросила она. – Я ведь, наверное, Кору напугала?

— Да, звери не любят, когда люди показывают им свой оскал, — согласился с ней Герон. – Но Кора — девочка умная и иногда прощает нам наши недостатки.

— Ты только сейчас придумал эту историю? – спросила его Фриза, уже полностью справившись с душившим её смехом.

— Историю придумывают историки-фальсификаторы, а я всегда говорю чистую правду, — ответил ей журналист. – Другое дело, что не все и не всегда понимают и воспринимают её правильно.

— Ты очень загадочный человек, Гера, — тихо и задумчиво произнесла Фриза. – В твоих словах я действительно не почувствовала лжи, но это было так необычно и смешно, что я просто не смогла сдержаться.

Мысленный «шпион» журналиста, поселившийся в сознании зелёного божества, отчётливо ощутил желание Яфру высказать свои соображения по поводу последней фразы девушки. Бога яфридов явно удивила способность Фризы чувствовать скрытую ложь и фальшь.

— Ты мне потом расскажешь историю яфридов? – спросила девушка Герона.

«Крепко ты загарпунил свою рыбу, — послышался насмешливый смешок Илмара. – Она уже рассчитывает на «потом».

«Отец, а как ты думаешь, Фриза умеет пользоваться скрытым потенциалом?» – вдруг спросил его Герон.

«Её тайная энергия не работает на передачу, но вполне возможно, что она работает на приём, — ответил Илмар. – Кроме Нарфея, никто не может увидеть движение этой энергии».

— Да, конечно, — сказал журналист, отвечая на вопрос Фризы. – У нас впереди вся жизнь и я думаю, что мы найдём в ней время для того, чтобы разобраться в этой истории. А сейчас давай фотографироваться. Ты ведь за этим сюда и пришла.

— Нет, не за этим, — отрицательно покачала головой девушка. – Я пришла сюда для того, чтобы узнать, кто ты такой.

— Это я мог тебе сказать ещё на озере, — засмеялся Герон. – Я — журналист и фотограф Герон Мелвин. Родился и вырос вот в этом доме. Три года назад уехал из Гутарлау в столицу и работаю там, в издательстве «Ежедневные новости». Вот и вся моя биография.… Ах, да, забыл ещё сказать: не женат, не разведён и не судим, во всяком случае, пока.

Фризу вдруг снова начал душить смех, и она отвернулась от пантеры, боясь рассмеяться.

— Хорошо, доставай свой фотоаппарат, не женатый и не судимый, — еле сдерживая смех, согласилась девушка. – На радость правдивым историкам и благодарным потомкам.

«Ого, — удивился Илмар. – Как вы уже далеко зашли-то. Не слишком ли быстро вы до потомков договорились?»

«Она имеет в виду своих потомков, — ответил ему сын. – О моих мы с ней ещё не договаривались».

«Так может, именно для этого ты и заказал блекку?» – засмеялся Илмар.

«Нет, па, — вздохнул Герон. – Мне кажется, что в этом случае всё гораздо сложнее…. Впрочем, время покажет, а блекка поможет во всём разобраться», — со смехом закончил он.

 

Журналист снял с плеча камеру и вынул её из футляра. Проверяя и настраивая аппарат, он просмотрел ранее сделанные снимки и обнаружил, что Фана на них действительно нет.

«Отец, а ты случайно не встречал на берегу ещё одного рыбака? – спросил он. – Худощавый пожилой мужчина с белой бородкой».

«Встречал, — подтвердил тот. – И мы с ним даже побеседовали. В это место иногда приходят те рыбаки, которые любят уединение».

«Об этом человеке лучше не думать громко, — услышала тайная мысль голос Илмара. — Именно от него шла та энергия, которая пыталась нас проверить. Я специально пошёл его искать».

«Рыбак назвал своё имя?» – поинтересовался Герон.

«Он был вынужден это сделать, поскольку я первый ему представился» – усмехнулся Илмар.

«Сезар Бордо?»

«Да, — удивился отец. – Ты его знаешь!?»

«Мы познакомились с ним на птичьем переходе перед Брандорой, — ответил ему сын. – Я его фотографировал, а он угощал меня горячим чаем».

«И у тебя есть его снимки?»

«Снимки-то есть, а вот самого Сезара на них нет», — усмехнулся Герон.

«Гера, это же просто бесценная информация, — почти прошептал голос отца. – Ты хоть знаешь, что она обозначает?»

«Кажется, да, — ответил Герон. – Когда я ещё и понятия не имел о цветах энергии, то решил, что Сезар — монах Нарфея. Но сейчас вижу, что ошибся и наш знакомый рыбак — совсем другое существо».

«Божественное существо, — поправил его Илмар. – И что примечательно — на Дагоне нет ни одного создания с таким типом энергии».

Сознание зелёного бога начало отчаянно жестикулировать и шпион журналиста понял, что сейчас не время называть отцу настоящее имя великого кудесника.

«Да, загадочный «рыбачок», — ответил Герон отцу. – Есть какие-нибудь соображения по поводу его появления?»

«Абсолютно никаких, — развёл руками Илмар. – Давай посмотрим, что он будет делать дальше».

«Хорошо, — согласился с ним сын, нацелив объектив камеры на Фризу. – Я тоже думаю, что рано или поздно он всё равно в чём-нибудь себя проявит».

 

Журналист сделал несколько снимков Фризы на фоне скал, дома и озера, а затем попросил её встать рядом с пантерой.

— Твоя Кора совсем не боится фотовспышки, — заметила девушка.

— Она у нас — звезда экрана, — ответил ей Герон. – В последнее время эта вспышка преследует её везде, где бы она ни появилась.

— Меня она тоже преследует, — вздохнула Фриза. – Вот почему я так не люблю фотографироваться.

— Да мы, в общем-то, уже закончили, — сказал журналист, собираясь спрятать камеру в футляр.

— Как это закончили? – возмутилась Фриза. – А где наш общий снимок? Чем ты докажешь своим друзьям, что я была именно у тебя в гостях?

— Да, действительно, — почесал макушку Герон. – Как же я об этом не подумал?

— Это говорит о том, что ты вовсе не для них стараешься, — насмешливо глядя на фотографа, сказала девушка.

— А для кого же? – попытался он скорчить глупую рожицу.

— Для будущих потомков и историков, — засмеялась Фриза. – Только ты почему-то решил вычеркнуть себя из этой истории. Давай позовём твоего отца, и он сделает наш общий снимок.

— Мы можем и сами это сделать, — ответил ей Герон, устанавливая камеру на плоскую верхушку каменного пальца. – А от истории, как ни скрывайся, но если уж в неё попал, то останешься там навсегда.

 

Журналист хотел уже установить камеру на автоспуск, но вдруг почувствовал, как она начала нервно дёргаться в его руках. Это явно говорило о том, что бог Гера решил сам заняться съёмкой. Герон оставил камеру в покое и подошёл к Фризе.

— Давай присядем, — предложила она, — тогда и Кора будет хорошо выглядеть на снимке.

Они присели на корточки, и камера сверкнула вспышкой.

— А теперь я хочу, чтобы мы стояли рядом, а Кора лежала у наших ног, — попросила девушка, незаметно делая шаг в сторону.

Камера зафиксировала и это положение.

— Хороший у тебя аппарат, — заметила Фриза, глядя журналисту прямо в глаза. – Сам разворачивается, сам вовремя снимок делает.

— Этот агрегат — последнее чудо нашей фототехники, — усмехнулся Герон. – Он ещё и не такое может делать. Хочешь, я сейчас сфотографирую лица тех снайперов, которые нацелились в голову мне и Коре?

Лицо Фризы внезапно побледнело, губы сжались, а глаза почти остекленели от охватившей её ярости. Она отошла в сторону, отвернулась от журналиста и достала из кармана мобильный телефон.

 

— Кто…? Кто приказал выставить снайперов? – произнесла она тихим, но властным голосом, который очень точно передавал степень её бешенства.

— Даю тебе ровно три минуты для того, чтобы поднять якоря, убрать с палубы всех вооружённых людей и отойти от залива, — приказала она кому-то на яхте. – Время пошло.

По палубе судна сразу же забегали люди, а яхта, ещё не подняв полностью якоря, дала самый полный задний ход.

«Вот ты и узнал, какой она бывает в ярости, — заметил Илмар, обращаясь к сыну. – Пантера, а не девушка».

«Теперь понятно, почему Кора её так быстро приняла, — улыбнулся Герон. – Не иначе, как родственные души».

 

— Прости, — сказала Фриза, подойдя к журналисту. – Я не думала, что эти идиоты додумаются до такой глупости.

— Служба такая, — усмехнулся Герон, закидывая ремень камеры на плечо. – А тебя никто ни в чём и не обвиняет. Если уж кто и виноват, так это я.

— И в чём же состоит твоя вина, — поинтересовалась Фриза, с лица которой уже начала сходить маска негодования и ярости.

— В том, что пригласил тебя вчера на танец, а затем и на рыбалку, — захохотал Герон, — а ведь я прекрасно знал, с какой компанией ты ходишь.

— Да, ты совершил большую ошибку, — тоже засмеялась девушка. – В следующий раз будешь знать, как приглашать на танец незнакомую рыбачку.

— Знать-то я буду, — снова почесал свою макушку журналист, — но поступлю, как и в прошлый раз. А сейчас я совершу ещё одну ошибку — приглашу тебя в свой дом на чашку кофе.

— Блекки, — поправила его Фриза.

— Ах, да, конечно, блекки, — согласился с ней Герон. – Пойдём. Сейчас ты узнаешь, какой напиток пили яфриды, когда наша планета была на триста тысяч лет моложе.

Они пошли вверх по дорожке, а следом за ними поднялась и Кора, когда поняла, что люди к берегу уже не вернуться.

 

— Ах, как вкусно пахнет, — произнесла Фриза, войдя в дом и вдохнув полной грудью ароматы приправ и специй, которые Илмар добавлял к своему «фирменному» блюду. – Что же это такое?

— Что может быть у рыбака на завтрак, обед и ужин? – усмехнулся Илмар. – Конечно же, рыба. Мойте руки, дети, и садитесь за стол.

Герон с Фризой переглянулись, улыбнулись и пошли мыть руки.

 

— Как у вас здесь уютно, — садясь за стол и оглядывая всё помещение, сказала Фриза. – Душа просто отдыхает.

— А в твоём доме разве не так? – спросил её Герон, наливая в бокалы блекку.

— Я люблю свой дом, потому что родилась в нём и выросла, — ответила девушка. – Но в нём живёт очень много людей и поэтому даже завтрак за общим столом сразу превращается в торжественную церемонию.

— А вы разве не читаете перед едой молитву? – уже обращаясь к Илмару, спросила она.

— В нашей семье принято делать это молча, — ответил ей рыбак. – Каждый из нас беседует наедине со своим богом.

«Она, наверное, уже изучила всю информацию, которую только могла собрать о нас служба безопасности её отца», — мысленно усмехнулся Герон, обращаясь к отцу.

«Нет сомнений в том, что Бернар сделал это в первую очередь, — ответил Илмар. – Вопрос лишь в том, что поделился ли он этой информацией с дочерью».

— А кто ещё живёт в вашем доме? – опять спросила Илмара Фриза.

«Как ты думаешь, это — блеф?» – поинтересовался Герон у отца, пользуясь уже тайной мыслью.

«Пока на пойму, — пожал плечами тот. – А почему ты вдруг перешёл на тайную энергию?»

«Я хочу выяснить, принимает ли её душа информацию и если — да, то в какой именно части сознания», — объяснил Герон отцу.

«С каких это пор ты стал таким опытным интриганом? – засмеялся Илмар. – Уж не Кайса ли обучила тебя этому искусству?»

«С кем поведёшься, того и наберёшься, — вздохнул сын. – Хотя ты говорил, что хорошим шпионом, а значит и интриганом стать нельзя, потому что таким человеком нужно просто родиться».

«Из этого правила тоже есть исключение, — возразил ему отец. – Если у человека есть ген обучаемости, который доминирует в генной комбинации организма, то такой индивидуум может с лёгкостью обучиться чему угодно. Но такие люди рождаются крайне редко».

 

— А ещё в нашем доме живёт Кора, — отвечая на вопрос Фризы, сказал Илмар. – И хоть поселилась она у нас недавно, но чувствует себя здесь полной хозяйкой.

Пантера, услышав своё имя, сразу же подошла к рыбаку и положила свою морду к нему на колени.

— Это она просит чего-нибудь вкусного, — объяснил Илмар, снимая с отдельно стоявшей тарелки салфетку, под которой лежали нарезанные кружочки сервелата. – Ужасная попрошайка и сладкоежка.

С этими словами он поставил тарелку для Коры на пол.

— А теперь давайте выпьем за наше знакомство, — предложил Герон, приподняв свой бокал. – Если за столом собрались три рыбака, то без выпивки уже не обойтись, — со смехом закончил он.

Фриза пригубила настойку и с удивлением посмотрела на рыбака и его сына.

— Никогда ещё не пробовала такое вино, — сказала она. – Необычайно вкусно и ароматно. Вы сами его готовите?

— Да, сами, — подтвердил Илмар, — только это не вино, а настойка.

— Я плохо разбираюсь в этом вопросе, — улыбнулась девушка. – Кроме вина и шампанского я, в общем-то, ничего больше и не пила. А как вы его готовите?

— Яфриды очень ревностно охраняют секрет приготовления блекки, — ответил ей Герон, — и поэтому разглашению он не подлежит.

— Как же вы сами-то его узнали? – прищурилась Фриза.

—Перешёл к нам по наследству, — без тени улыбки, ответил ей Герон. – Мы ведь тоже яфриды, только немного видоизменились за последние триста тысяч лет. Так что заболдать хараламу о блекке мы, увы, не имеем права. Кстати, первую чекашку яфриды всегда пили до дна. И не забывай о своей бутовке, а то она очень быстро остывает.

Фризу снова начал душить смех. Илмар тоже тихо смеялся, облокотившись левой рукой о столешницу и прикрыв лицо ладонью. Даже душа зелёного бога, которую так остро ощущал мысленный шпион журналиста, расплылась в довольной и весёлой улыбке.

— Илмар, скажите вашему сыну, чтобы он больше меня не смешил, — попросила рыбака девушка. – Если он ещё что-нибудь заболдает, то я точно расхохочусь и не смогу допить свою чекашку до дна.

Тут уже захохотал Герон.

— Ты очень хорошо понимаешь язык яфридов, — сказал он, закончив смеяться. – Уж, не в Гутарлау ли ты родилась?

«Отец, а ты знаешь, что Фриза — приёмная дочь Корвеллов?» – очень внимательно, но незаметно наблюдая за девушкой, спросил Герон.

«Откуда же мне это знать? – усмехнулся Илмар. – Я с её родителями не встречался. А ты когда это узнал?»

«Когда увидел их ауру» – ответил Герон.

«Значит, супруги Корвелл не из нашего рода?»

«Да. У них другой тип энергии», — подтвердил сын.

— Нет, — улыбнулась Фриза, отвечая Герону. – Я родилась в столице, но может быть, триста тысяч лет назад яфриды жили и там? Очень уж у меня созвучное с ними имя.

«В основной части сознания, она, вроде бы, сигналы не воспринимает, — шепнула Илмару тайная мысль Герона. – Давай попробуем поговорить на этой «волне».

«Хорошо, — согласился с ним отец, — Только не сообщай ей больше такие страшные новости».

— Имя подходящее, — кивнул головой Герон. – А если ты хочешь узнать, течёт ли в твоих жилах кровь яфридов, то это достаточно просто сделать.

— Как это? – подозрительно глядя на журналиста, спросила девушка.

— Если ты одна выпьешь всю вот эту бутыль и вдруг обнаружишь, что у тебя вместо двух рук появилось четыре, то можешь быть уверена — ты потомок яфридов, — объяснил ей Герон. – Лично я это уже проверил.

Душа Яфру от восторга захлопала всеми своими воображаемыми ладонями.

— А хопер у меня, случайно не вырастет? – уже хохоча, поинтересовалась Фриза.

— Обязательно вырастет, — подтвердил Герон, — но у тебя уже не останется сил для того, чтобы на него взглянуть. Зато ты сможешь потрогать свои торчушки.

Илмар уже обеими ладонями закрыл лицо, всем телом содрогаясь от беззвучного смеха.

— Неужели я сейчас не могу их потрогать? – еле выговаривая слова сквозь хохот, спросила Герона Фриза.

— Нет, не можешь, — из всех сил стараясь быть серьёзным, ответил ей журналист. – Потому что они должны вырасти у тебя на голове.

Новый взрыв хохота сотряс тишину и спокойствие дома Мелвинов. Теперь уже смеялись все, включая и душу бога яфридов, которая тряслась и колыхалась от беззвучного смеха.

— Илмар, пожалуйста, сделайте что-нибудь со своим сыном, — взмолилась Фриза, глядя на рыбака. – Я больше не могу смеяться.

— Увы, — ответил ей Герон, за отца. – Всё, что мог, он уже сделал и меня теперь невозможно исправить.

— Да, уж, что получилось, то получилось, — обращаясь к Фризе и всё ещё продолжая смеяться, сказал Илмар. – Прошу меня простить, если я сделал что-то не так.

— Да вы оба хороши, — вновь захохотала Фриза. – Господи, зачем я только зашла в этот дом?

— Ты совершила большую ошибку, — кивнул головой журналист. – Зато в следующий раз будешь знать, как приходить на чашку кофе к незнакомому рыбаку-фотографу.

Фриза посмотрела на Герона смеющимся и в то же время внимательным и испытующим взглядом, как будто только сейчас разглядела в этом человеке то, чего раньше не замечала.

— Знать-то я буду, — ответила она словами журналиста, — но поступить иначе уже не смогу.

 

На усадьбу рыбака Мелвина сейчас были нацелены все камеры и микрофоны направленного действия, которыми вооружились, как полицейские агенты, так и охранники Фризы.

Гордон только что получил новый АКС и на моторной лодке подошёл вплотную к скалам в горловине залива. Он подключил к аппарату специальную гарнитуру, изготовленную в виде обычных темных очков, но вместо стекол в ней находились видоискатели, а от оправы к ушам протянулись проводки наушников. Это позволяло агенту осматривать объект или вести съёмку, не привлекая к себе особого внимания и удерживая камеру на уровне груди или живота.

Старший агент нацелил объектив АКС на открытую дверь дома Мелвинов и увидел сидящую на крыльце пантеру. Гордон решил снять её крупным планом и насколько мог, увеличил изображение. Кора вдруг широко раскрыла пасть и сразу же в ушах агента раздались звуки дикого хохота. У Гордона по телу поползли мурашки, когда он увидел хохочущую пантеру.

«Жуть, — поёжился старший агент. – А вдруг и вправду это она хохочет?»

Он перевёл АКС на другой режим работы и увидел скелет пантеры, который вновь открыл пасть, а в ушах агента опять прозвучал взрыв хохота.

«Нет, так ещё хуже, — подумал Гордон, возвращая прежний режим. – Как бы мне этот кошмар во сне не приснился».

Кора начала крутить головой, вылизывая себя, но в ушах агента зазвучал женский голос, и сразу же создалось впечатление, что это говорит именно пантера.

— Илмар, пожалуйста, сделайте что-нибудь со своим сыном, — сказала большая чёрная кошка. – Я уже больше не могу смеяться.

Гордону стало совсем не по себе. Он поёжился всем телом и в объектив камеры попал конёк дома, на котором сидел большой ворон.

— Увы, — вдруг произнёс ворон голосом журналиста, несколько раз крутанув головой и посмотрев куда-то в лес по левую сторону от агента. — Всё, что мог, он уже сделал и меня теперь невозможно исправить.

Старший агент машинально перевёл камеру влево и увидел ещё одного ворона, сидевшего на ветке большого дерева.

— Да, уж, что получилось, то получилось, — засмеялся этот ворон. – Прошу меня простить, если я сделал что-то не так.

— Да вы оба хороши, — вновь захохотала пантера, и Гордон перевел камеру на крыльцо. – Господи, зачем я только зашла в этот дом?

— Ты совершила большую ошибку, — послышался голос первого ворона. – Зато в следующий раз будешь знать, как приходить на чашку кофе к незнакомому рыбаку-фотографу.

Гордон вдруг почувствовал, что у него начинает кружиться голова и поспешил сорвать с лица очки-гарнитуру.

 

«Бред, бред, бред, — мысленно твердил сыщик, нервно массируя глаза, виски и уши. – Я начинаю бредить наяву. Эта компания сведёт меня с ума. Мне уже мерещится, чёрт знает что».

Он сполоснул лицо водой и огляделся по сторонам. Метрах в пятидесяти от себя, Гордон увидел пожилого рыбака, менявшего наживку на крючке.

«Может быть, и он чей-то агент? – усмехнулся сыщик. – Другие люди, как мне кажется, здесь уже не ходят».

Он вновь надел гарнитуру и стал искать камерой рыбака в камнях, но никого не обнаружив, сдвинул очки на кончик носа. Каково же было его удивление, когда он увидел рыбака, только что закинувшего в воду крючок с поплавком.

Гордон начал судорожно менять режимы работы АКС, но секретная аппаратура упорно не хотела замечать пожилого рыбака.

«Неужели опять сломалась?» – посмотрел на камеру сыщик, но направив объектив на яхту Фризы, увидел бегающих по её палубе скелетов с биноклями в руках.

«Прекрасно работает», — пожал плечами агент и вновь направил камеру на рыбака.

Убедившись, что АКС не видит мужчину в камнях, Гордон решил воспользоваться камерой мобильного телефона. Но он не успел даже приготовить аппарат к съёмке, как из него показался белый дымок, а затем такой же дымок появился и из АКС. Гордон бросил на дно лодки камеру с телефоном и схватился за рацию, но сразу же отбросил и её, обнаружив, что и та задымила.

«Гори он всё синим пламенем», — с тоской подумал старший сыщик, глядя на кучу дымящейся аппаратуры.

Едва только прозвучала эта мысль в голове старшего агента, как все приборы сразу же вспыхнули и именно синим пламенем.

— Вот, дьявол! – вскрикнул Гордон, испугавшись того, что сейчас загорится и лодка.

Языки синего пламени вдруг вспыхнули сильнее и не несколько секунд сложились в дьявольское лицо. Горящий взгляд и издевательская усмешка этого видения ввели старшего сыщика в ступор. Ещё некоторое время после того, как исчезло лицо дьявола, он сидел не в состоянии сделать какое-либо движение и просто смотрел на разгорающийся огонь. Затем вдруг резко очнулся, сорвал с головы кепи и, зачерпнув им воду из озера, затушил огонь пожара.

«Спокойно, Гордон, спокойно, — уговаривал себя старший сыщик, закрыв глаза и стараясь делать глубокий размеренный вдох-выдох. – Ты просто переутомился. Это не сумасшествие, а обычное перенапряжение. Никакого дьявола не было и не могло быть. Пантера не хохотала, вороны не разговаривали, а рыбак, как сидел на берегу, так и сейчас там сидит. Почему сгорела аппаратура, пусть разбираются специалисты, а ты сейчас вернёшься к Борку и сдашь ему весь этот электронный хлам. И если тебя обвинят в умышленном поджоге секретного оружия, то лучше уж пару лет отсидеть в тюрьме, чем всю жизнь в Цитадели».

Гордон ещё не знал, что сегодня ему уже не суждено было встретиться с Борком, а детектив был бы просто счастлив, если бы именно сейчас увидел всю сгоревшую аппаратуру.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s