Книга третья. Глава 18


Адам-Ихтилон сделал всего несколько сильных взмахов хвостовым плавником и вот он уже очутился по ту сторону подводного тоннеля. Адам был уверен в том, что попадёт в озеро Панка, но в первые же секунды пребывания под водой в его душу закрались смутные сомнения.

Солёность и плотность воды, а главное буйное многообразие подводного мира говорили о том, что это вовсе не озеро Панка. Более яркие водоросли, разноцветные кораллы, прозрачная вода и множество фосфоресцирующих рыб, стайками и в одиночку проплывавших перед глазами Адама, были явно из другого мира.

Внимательно осмотревшись и хорошо запомнив то место, откуда он появился, Адам-Ихтилон устремился наверх.

 

Он вынырнул в маленькой уютной бухте всего в нескольких метрах от пологого берега, на котором широкие и плоские камни образовали естественную лестницу, ведущую к верхней части суши. На невысоких скалах, надёжно защищавших бухту от больших волн, свили свои гнёзда морские птицы и их громкие крики, словно приветствовали русала, внезапно появившегося из водной пучины.

Покрутившись пару минут в воде, Адам-Ихтилон решил выбраться на берег.

«Ступени почти такие же, как и в подземной пещере», — подумал он, карабкаясь вверх по лестнице и попутно отмечая тот факт, что для его нового тела такой подъём не является особо трудным и утомительным.

 

Лестница закончилась широкой и просторной каменной площадкой, с которой уже можно было осмотреть всю местность. Оказалось, что Адам находится на маленьком каменистом и необитаемом острове, на котором растут всего две рядом стоящие пальмы.

«Значит, именно этот остров и изображён на монете, — решил Адам, и словно в подтверждение своей мысли увидел стайку дельфинов, появившихся рядом с берегом. – А где же я, в конце концов, нахожусь-то»?

«Судя по времени, восход Иризо примерно такой же, как в Гутарлау, — подумал Адам, — а значит, и географическая долгота тоже примерно одинакова. А вот для определения широты мне потребуется уже больше времени, но то, что этот остров расположен гораздо южнее Гутарлау, сомневаться не приходится».

Мысленно представив себе глобус, Адам стал спускаться вниз по меридиану, пока не оказался в открытом океане.

«Острова Южного архипелага, плюс-минус несколько тысяч километров, — усмехнулся он. – Далеко тебя забросило. Домой-то вернуться сможешь»?

 

От этой мысли Адаму стало не по себе. Он зябко передёрнул плечами и решил немедленно отправиться в обратный путь. Археолог в последний раз оглянулся по сторонам, и вдруг его острое зрение заметило на горизонте какой-то белый конус.

«Что бы это могло быть? – гадал Адам, напряжённо всматриваясь вдаль. – Неужели айсберг…? Нет, для айсберга он слишком велик».

И в этот момент из вершины белого конуса вырвались клубы густого серо-пепельного дыма.

«Так это же вулкан, — ахнул археолог. – А на островах Южного архипелага есть только один действующий вулкан – Муякуан. Я вижу лишь его вершину, и, относительно этого острова, Муякуан находится на юге. Вот, значит, куда тебя занесло».

Выбросив в атмосферу порцию дыма и пепла, вулкан внезапно успокоился и снова стал похож на белый конус, плывущий по океану.

«Всё, домой, домой, — торопливо подползая к верхней ступени, мысленно забормотал Адам. – Ещё неизвестно, как это путешествие отразится на времени. Может быть, дома Зара уже в полицию звонит и спасателей вызывает».

 

Быстро спускаясь по ступеням, он всё-таки успел заметить, что рядом с бухтой появилось очень много дельфинов. От их прыжков вода просто бурлила, но как это ни странно, а ни один из них так и не рискнул заплыть в маленькую бухту.

Соскользнув в воду, Адам был сразу же оглушён теми звуками, которые издавали дельфины. Эта какофония сильно напоминала рёв восторженной толпы и археолог, не выдержав этого шума, тоже вдруг громко закричал.

Рёв мгновенно прекратился, и наступила абсолютная тишина.

«Неужели они испугались меня? – удивился Адам. – Может быть, мне стоит подплыть к ним поближе…? Нет, всё, на сегодня хватит. Впечатления и без того бьют через край».

 

Он энергично заработал хвостовым плавником и устремился к подводному туннелю, а спустя всего несколько секунд уже оказался внутри каменного колодца. Подцепив длинным когтём монету, Адам-Ихтилон вынул её из кольца и каменная стенка с рисунком дельфинов, тотчас встала на своё место.

«Вот я и узнал, что находится за первой дверью, — довольно улыбнулся археолог. – А сколько их всего у нас»?

Покрутившись вокруг своей оси, он насчитал восемь каменных арок.

«В следующее путешествие нужно захватить с собою секстант, — подумал Адам, поднимаясь наверх. – Тогда хоть буду знать, в какой части света я выплыву».

 

Торопясь подняться наверх, археолог почти бежал по коридорам и каменным ступеням невидимой лестницы. И лишь оказавшись на первом этаже, остановился и прислушался, взволнованно переводя дух.

В доме было тихо, и только часы с кукушкой равномерно и неутомимо твердили своё «тик-так».

«Я отсутствовал полтора часа, — понял Адам, посмотрев на часы, — а мне показалось, что прошло не более получаса. Наверное, нужно брать с собою и часы. Секстант, компас, часы, камера для подводной съёмки…. Если дело и дальше так пойдёт, то очень скоро ты из русала превратишься в туриста-дайвера. Ладно, давай посмотрим, не проснулась ли Зара».

Он тихонько прокрался в спальную комнату и, увидев там спящую жену, облегчённо вздохнул.

«В этот раз всё прошло гладко, — подумал Адам, осторожно укладываясь в кровать, — но этого времени мне явно недостаточно. Нужно срочно что-то придумать. Чем бы таким занять Зару, чтобы она перестала обращать внимание на моё отсутствие»?

– Ты почему не спишь? – сонным голосом вдруг спросила Зара, повернувшись к мужу.

– Я проснулся всего на одну минуту, а теперь снова засыпаю, — ответил ей Адам, закрывая глаза.

– А я тебя во сне видела в образе русала, — улыбнулась жена. – Ты такой смешной.

Услышав это, Адам даже поперхнулся.

«Смешнее некуда, — откашливаясь в кулак, подумал он. – С такой зубастой пастью и пальцами-когтями, только женщин и малых детишек смешить».

– Что, и тебе стали сниться фантастические сны? – с ехидцей спросил Адам, поправляя одеяло.

– С кем поведёшься, того и наберёшься, —  усмехнулась Зара. – Муж и жена – одна сатана.

– Я сейчас снова усну и посмотрю, какая из тебя получится русалка, — зевая и поворачиваясь на бок, — сказал Адам. – Наверное, тоже будет смешная.

И ему действительно приснился сон.

 

Будто бы сидят они с женой в тайной лаборатории и каждый из них занят своим делом. Он, вооружившись большим увеличительным стеклом, рассматривает монету-ключ русала, а Зара листает старинную книгу и время от времени что-то записывает в толстую школьную тетрадь. В большом кузнечном горне, объятые пламенем, весело потрескивают сухие поленья, и мерцающий свет костра, масляных светильников и двух больших восковых свечей, отражается на стенах и потолке причудливой и таинственной пляской светотени.

Обнаружив что-то интересное, Зара подзывает к себе мужа. Адам, не выпуская из правой руки лупу, поднимается со стула, подходит к жене и заглядывает в раскрытую книгу. В ней он видит гравюру, на которой изображено подводное царство. Внизу, почти у самого морского дна распластались две большие манты, а на них, как на коврах стоят русал и девушка в старинном наряде. Дельфины, акулы, морские ежи, черепахи и ещё множество неизвестных Адаму обитателей океана, расположились по периметру рисунка и замерли, словно в ожидании какого-то чуда. В вытянутой руке русал держит какой-то круглый предмет и, по всей видимости, собирается приложить его к груди девушки.

Приставив к гравюре увеличительное стекло, Адам вдруг понял, что русал держит в руке большую монету с дельфинами и островом, на котором растут всего две пальмы. А простенькие бусы и серьги девушки странным образом напоминают те украшения, которые в последнее время так полюбила его жена.

Перевернув страницу, супруги увидели почти такую же гравюру, но на ней девушка уже превратилась в русалку, у которой от прежнего наряда остались только бусы и серьги. А на её обнажённой груди, при большом увеличении Адаму удалось разглядеть отпечаток монеты с хвостом уплывающей русалки.

Супруги что-то долго обсуждали, а затем пошли в поземный грот, в котором хранилась маска русала. Открыв тайник, Адам надел маску и, обратившись в русала, приложил монету к груди жены, после чего и Зара тотчас превратилась в  русалку. Они вместе нырнули в каменный колодец и вскоре уже плыли в океане, со всех сторон окружённые дельфинами, акулами и огромными мантами.

 

Адам проснулся, приоткрыл глаза, а затем снова их зажмурил и энергично потряс головой, словно бы сбрасывая с себя остатки сна.

«Зара – русалка? – недоверчиво и иронично усмехнулся он. – Да она на детском пляже и то начинает паниковать, если вдруг вода достанет до её подбородка. Даже если этот сон вещий, то уговорить Зару стать русалкой будет архисложно».

На кухне послышался неясный шум и Адам, посмотрев на вторую половину кровати, понял, что жена уже встала и сейчас, по всей видимости, готовит завтрак.

«А вообще-то было бы просто замечательно, — мысленно засмеялся археолог. – Тогда не нужно было бы прятаться и торопиться. Но я сам-то чуть от страха не помер, когда увидел в воде своё отражение, а Зара…. Да нет, она даже и слышать об этом не захочет. И почему ты решил, что этот сон был вещим? Нахватался впечатлений выше крыши, вот тебе это и приснилось».

 

Он начал вспоминать то, что увидел за время своего ночного путешествия и вдруг подскочил с кровати, торопливо накинул на себя пижаму и побежал в зал. Там он достал из книжного шкафа большой атлас и, разложив на столе карту Южного архипелага, стал искать маленький остров к северу от вулкана Муякуан.

– Странно, — забормотал археолог, внимательно разглядывая карту, — но к северу от вулкана нет ни одного маленького острова. Может быть, острова такого размера просто не стали наносить на карту…? Хотя нет, к востоку от вулкана обозначены такие острова, да и масштаб карты вполне позволяет это сделать. Тогда я, наверное, ошибся и неправильно определил долготу.  Неужели это был не Муякуан?

– Ты что там над картой колдуешь? – заглянув в зал, подозрительно спросила Зара.

– В экспедицию собираюсь, — вдруг ляпнул Адам.

– Ты же мне дал честное слово! – возмущённо воскликнула жена, бессильно опуская вниз руки.

– Правильно, — подтвердил муж, — и без тебя я уже никогда и никуда не поеду. Но вместе-то мы можем отправиться в маленькое путешествие?

– Какое ещё маленькое путешествие? – устало прислонившись к дверному косяку, спросила Зара. – Такое же, как по подземному тоннелю, где полно смертельно опасных ловушек?

– А почему ты решила, что там их очень много? – удивился Адам.

– Да потому что я их очень хорошо чувствовала, — вздохнула жена. – Я тебе уже говорила, что объяснить этого не смогу, но тогда я чётко ощущала, в какой стороне находится опасность.

– Тогда в подземном гроте ты сказала, что не боишься русалок, — напомнил ей Адам. – А почему тебя испугала маска?

– От самой маски опасность не исходила, — призналась Зара. – Просто я к тому времени очень устала и перенервничала. Я чувствовала, что эта маска не простая и что-то может произойти, но я уже не могла там больше находиться и хотела вернуться домой.

– А сейчас ты успокоилась и можешь снова пойти к тайнику с маской? – поинтересовался муж.

– Адам, мы же запланировали на сегодня поход по гостям, — напомнила ему жена. – Вот когда соседей навестим, тогда и к маске сходим. Но ты мне не ответил, в какую экспедицию ты собираешься меня снова затащить.

– Если ты вдруг почувствуешь какую-то опасность, то ни в какую экспедицию мы не отправимся, — пообещал ей Адам, складывая карту и закрывая атлас. – Ты права: сначала мы должны выполнить все обязательства перед нашими соседями, а уж потом будем и другими делами заниматься.

– До чего же ты противный! – воскликнула Зара. – Сначала проболтался, а теперь говорить об этом не хочешь. Поедем мы или нет – это пока неизвестно, но точку-то на карте ты мне назвать можешь?

– Вероятно, это будут острова Южного архипелага, — захохотал Адам. – Впрочем, я и сам пока этого не знаю. Лучше пойдём и позавтракаем, Зара, — добавил он, увлекая жену в столовую, — а то мы так не то что до Южного архипелага, а даже до соседей и то не доберёмся.

 

После завтрака супруги спустились в тайную лабораторию. Зара стала подбирать подарок для портнихи, а Адам подошёл к книжному шкафу и, вспоминая свой утренний сон, начал искать в нём похожую по формату и толщине книгу.

– Если ты ищешь книги для Дадона, то они находятся в другом шкафу, — подсказала Зара, оглянувшись на мужа.

– Нет, мне нужна другая книга, — ответил ей Адам. – Тебе не попадалась такая, в которой были бы гравюры с русалками?

– Такие гравюры есть во многих книгах, — усмехнулась жена, рассматривая очередное украшение. – Тебе нужна какая-то определённая?

– На ней изображён подводный мир с его обитателями, а в центре русал и девушка в старинном наряде, — подсказал ей супруг.

Зара повернулась к шкафу и прищурилась, вспоминая, где она видела книгу с такой гравюрой.

– Попробуй поискать на второй полке сверху, — посоветовала она. – Кажется, именно там я и видела нечто подобное. Ну, а мне что сегодня надеть? – возвращаясь к своим украшениям, вздохнула жена.

– Я думаю, что это должны быть именно те серьги и бусы, которые ты надевала в день новоселья, — сказал Адам, приставляя стремянку к книжному шкафу.

– Почему? – удивилась Зара.

– Во-первых, потому что рыбацкий посёлок – это не столица и в нём не принято каждый день удивлять соседей новыми украшениями. А во-вторых, эти серьги и бусы не такие уж и простые, как может показаться на первый взгляд, — объяснил ей муж, поднявшись на стремянку и снимая с полки одну из книг.

– А что в них такого особенного? – заинтересовалась жена.

– Они волшебные, — абсолютно будничным тоном произнёс Адам, — и многократно усиливают твою интуицию, память и прозорливость.

– Да ладно тебе, — недоверчиво и настороженно отмахнулась от этих слов Зара. – Опять, поди, разыграть хочешь?

 

И тут вдруг Адаму в голову пришла одна очень интересная мысль. Он загадочно улыбнулся, поставил на место книгу и, спустившись со стремянки, подошёл к жене.

– Ты, наверное, считаешь, что я только тем и занимаюсь, что всех разыгрываю? – с лёгкой усмешкой произнёс он, глядя на супругу. – Надень  серьги и бусы, и тогда я докажу тебе, что это вовсе не так.

Зара молча надела украшения, и выжидающе посмотрела на мужа.

– А теперь взгляни на книжный шкаф и подскажи мне, на какой полке находится та книга, о которой я тебе говорил, — попросил он.

Жена посмотрела на шкаф, задумалась и вдруг от удивления широко раскрыла глаза.

– Третья полка сверху, второй ряд в центре, — испуганно прошептала она, не отрывая взгляда от книжного шкафа.

– Спасибо, Зара, — подчёркнуто учтиво поблагодарил её Адам и пошёл снимать с полки книгу.

Он достал книгу, положил её на стол и, быстро пролистав страницы, нашёл знакомую гравюру.

– Я не ошиблась и это именно то, что ты искал? – робко спросила его Зара, всё это время молчаливо наблюдавшая за действиями мужа.

– Волшебные вещи никогда не ошибаются, — ответил ей Адам, рассматривая в лупу рисунок, — это им несвойственно.

– Но как ты узнал, что эти украшения волшебные?! – воскликнула Зара.

– Когда тридцать пять лет живешь, бок о бок с одним человеком, тогда любое резкое изменение в его поведении воспринимается, как революция, — вздохнув и посмотрев на жену, произнёс Адам. – Вот такая революция произошла и с тобой после того, как ты надела эти украшения. Ты стала почти пророком и ясновидящей. Ну, а соответствующие выводы не так уж и сложно было сделать. Кстати, твои бусы и серьги помогут нам сегодня лучше узнать наших соседей. Просто прислушивайся к своему внутреннему голосу, и он может рассказать тебе много интересного.

 

Зара медленно опустилась на стул и задумалась, неподвижно и пристально глядя на мужа.

– Эта гравюра имеет непосредственное отношение к той маске в тайнике, — тихо сказала она, — а в книге содержится очень ценная информация, поясняющая происхождение этого предмета. Ты очень увлёкся этой маской.

– От тебя теперь ничего не скроешь, — засмеялся Адам. – Скажи, а ты уже пробовала переводить такой текст?

Зара поднялась со стула, подошла к мужу и заглянула в книгу.

– Пробовала, — утвердительно кивнула она головой, — и кое-что уже могу прочитать. Теперь-то я понимаю, почему мне так легко и быстро удавалось разгадывать секреты древней письменности.

– Пользуясь этими волшебными украшениями, ты должна больше прислушиваться к своей интуиции и внутреннему голосу, — посоветовал ей Адам. – Попробуй прочитать текст и хотя бы в общих чертах понять, о чем в нём говориться.

 

Зара уткнулась в книгу и начала внимательно просматривать текст, иногда переворачивая страницы для того, что посмотреть на гравюры, а Адам подождал пару минут, и когда понял, что жена полностью отключилась от внешнего мира, потихоньку отошёл от неё и присел на стул рядом с горном.

«Интересно, она догадается о том, что я уже пользовался маской? – подумал он, раскуривая сигару. – Теперь для того, чтобы что-то понять и узнать, Зара будет целенаправленно использовать свойства своих магических предметов, а это – уже качественно новый уровень».

 

– Здесь говориться о том, как Ихтилон – принц подводного мира воскрешает утопленницу и превращает её в русалку-наложницу для своего гарема, — сказала Зара, оторвавшись, наконец, от книги.

– Ихтилон? – удивлённо переспросил Адам. – Если я не ошибаюсь, то у туземцев Южного архипелага, которые до сих пор поклоняются языческим богам, вроде бы имеется такое божество. А что, эта девушка навсегда останется русалкой? Процесс обратного перевоплощения не описан?

– Адам, я перевела, как ты и просил, в общих чертах, — пожала плечами Зара. – Для более детального перевода потребуется гораздо больше времени. Тебе срочно нужна такая информация?

– Нет, нет, — сказал Адам, потушив сигару и вставая со стула. – Пока достаточно и этого.  Ты уже выбрала подарок для портнихи?

– Да, — кивнула головой Зара.

– Тогда давай прямо сейчас, и пойдём к ней в гости, — предложил Адам, — а заодно и первую книгу Дадону отнесём.

 

Нарядившись, как и положено, в старинные наряды, супруги Форст вышли на улицу, которая не пустовала даже в ночные часы, а сейчас и тем более была заполнена туристами и прогуливающимися курортниками. Встретившись с Адамом и Зарой, многие из них останавливались и от восторга хлопали в ладоши.

– Они, конечно же, думают, что мы с тобой специально для них так нарядились, — с улыбкой шепнул Адам супруге. – Если мы сейчас поставим на мостовую твою корзинку и спляшем какой-нибудь старый танец, то к концу нашего выступления в корзинке будет полно денег. Хочешь подзаработать?

– Адам, я тебя умаляю, — вздохнула Зара. – Какие могут быть танцы? Нам сегодня нужно побывать у всех соседей, и дай нам бог управиться хотя бы к концу дня. Да и зачем тебе это? Вот когда у нас закончатся деньги, тогда и плясать будем.

 

Навестив ближайших соседей и портниху, которая, получив подарок, почти насильно усадила их за стол и долго угощала своими разносолами, супруги отправились к дому Дадона Праймоса.

– Какие впечатления? – поинтересовался у жены Адам, перебросив на другое плечо ремень холщовой сумки, в которой лежала старинная книга с рецептами. – Что тебе подсказали твои волшебные бусы и серьги?

–Очень хорошие, добрые и отзывчивые люди, — ответила Зара. – Портниха так обрадовалась подарку, что вполне искренне не хотела с нами расставаться, несмотря на то, что это был вовсе и не подарок, а плата за наши наряды. А вот Йохан и его супруга меня сильно озадачили. Он как-то опасливо и настороженно посматривал на мои бусы и очень подозрительно отнёсся к твоей сумке, словно бы знал, что в ней находится. От него действительно веет каким-то холодком и опасностью, которые он пытается скрыть под маской добродушия и приветливости. При разговоре с его женой я ничего подобного не почувствовала, но она всё время была какая-то заторможенная, словно неживая и напоминала механическую куклу. Надеюсь, что нам не придётся слишком часто с ними общаться.

– Я тоже на это надеюсь, — согласился с ней муж. – А Дадон и Сцилия тебя так не напрягают? Ведь в прошлый раз ты была у них в таком же наряде.

– Тогда я не знала, что эти серьги и бусы волшебные, — засмеялась Зара. – Вот сейчас и посмотрим, насколько моя собственная интуиция отличается от магической.

 

В дом Праймоса супруги вошли уже как старые знакомые и после нескольких приветственных фраз, Дадон с Адамом удалились в мастерскую хозяина, а женщины вышли в летнюю беседку поболтать о поселковых новостях.

Увидев и приняв из рук Адама древнюю книгу, Дадон благоговейно и бережно положил её на стол, словно боялся, что каким-нибудь своим неосторожным движением он может причинить ей вред, а затем посмотрел на археолога счастливыми глазами.

– Адам, у меня нет слов, — взволнованно произнёс он. – Когда я вижу и беру в руки подобные вещи, то у меня появляется такое чувство, словно бы я прикасаюсь к тем людям, которые их и создали многие тысячелетия назад.

– Иногда это были вовсе и не люди, — усмехнулся археолог.

– А кто же тогда? – опешил Дадон.

– За всю свою жизнь я находил немало предметов, которыми ни один человек не смог бы пользоваться, хотя бы в силу своих физиологических особенностей, — пояснил Адам. – А это означает, что и изготовитель такого предмета вряд ли был человеком. Ну, кому нужен такой молоток или топор, который ни один человек даже в руки взять не сможет?

– Ты хочешь сказать, что на Дагоне когда-то жили великаны? – ахнул Дадон.

– И великаны тоже, — засмеялся Адам. – У меня есть старинный шлем воина, голова которого сильно похожа на голову ящерицы. Человеку такой шлем в бою будет только мешать.

– Ну, так может его изготовили не для боя, а для какого-нибудь ритуала? – предположил Дадон.

– Можно было бы подумать и так, если бы на шлеме не остались следы от ударов холодного рубящего оружия, — возразил ему археолог.

– Смелый ты человек, Адам, — восхищённо покачал головой Дадон. – Хранить у себя такие вещи очень опасно, учитывая то, как к этому относится наша церковь. Но на меня можешь полностью положиться, — торопливо добавил он. – Я и сам, можно сказать по краю пропасти хожу.

– Наверное, готовишь какие-нибудь наркотические снадобья? – улыбнулся археолог, кивнув головой в сторону стола с ретортами, колбами и мензурками.

– А что поделать, если без применения наркотиков невозможно создать эффективное и быстродействующее лекарство? – беспомощно развёл руками Праймос.

– Дадон, ты ещё храбрее, чем я, — захохотал Адам. – Если меня за мои находки только в Цитадель упрячут, то тебя сразу в долину Смерти повезут.

– А-а, хрен редьки не слаще, — махнул рукой Праймос. – Так уж видно мы устроены: чем страшнее запрет, тем сильнее желание его нарушить.

Он осторожно открыл книгу и начал аккуратно переворачивать пожелтевшие страницы.

– Это хорошо, что в ней так много рисунков, — с удовлетворением отметил Дадон, — но над текстом всё равно придётся поломать голову.

– А ты попроси Зару, — подсказал ему Адам. – Может быть, она тебе чем-нибудь и поможет.

– Твоя жена знает эту письменность? – удивлённо посмотрел на археолога Дадон.

– Она только учится, — улыбнулся тот, — но результаты уже впечатляют.

– Так это же просто замечательно, — обрадовался Праймос. – Сначала я просмотрю всю книгу и отмечу наиболее интересные рецепты, а уже потом и буду просить Зару помочь мне с переводом. Ах, как хорошо, что вы решили поселиться в Гутарлау! Вас, наверное, прислало само провидение.

– Может быть, провидение, а, может быть,  и приведение, — усмехнулся археолог, вспомнив «курильщика» из 37-го купе. – Пути господни неисповедимы.

– Каким образом в тебе уживаются два таких разных человека: верующий и еретик? – захохотал Дадон.

– Одно другому перестаёт противоречить, если допустить, что в этом мире нет ничего невозможного, — пожал плечами Адам. – Просто я стараюсь ничего не отрицать и в то же время во всём сомневаться. А сам-то ты разве не такой же?

– Как две капли воды, — вздохнул Дадон, — и, честно говоря, я просто боюсь себе в этом признаться.

 

Домой супруги Форст вернулись уже под вечер уставшие, но зато с чувством исполненного долга. Зара сразу же легла на диван и укрылась своим любимым пледом, а Адам сел в кресло у камина, вытянул ноги и с наслаждением закурил ароматную сигару из той коробки, которую обменял на шкатулку в столичном табачном магазинчике.

 

– Как приятно осознавать, что ты уже никому и ничего не должен, — с облегчением произнёс он, выпустив в воздух большое облако дыма. – Страшно не люблю быть должником. Я всегда при этом испытываю такое чувство, как будто бы у меня что-то, где-то жмёт и давит.

– Это избыток совести и недостаток эгоизма, — улыбнулась жена. – Поменяй их местами, и ты всегда найдёшь нужные слова в своё оправдание.

– Ты хочешь сказать, на излишек эгоизма уже ничто не давит и не жмёт? – хитро прищурился Адам.

– И давит и жмёт, причём ещё сильнее, чем на совесть, — засмеялась Зара. – Только в этом случае человеку кажется, что его совершенно незаслуженно забыли, не похвалили, не уделили ему должного внимания и, в конце концов, не отдали долги. А должны эгоисту все и всегда, даже если они у него ничего и никогда не брали.

– Короче, как ни крутись, а дискомфорта не избежать, — захохотал Адам. – Наверное, сегодня твои волшебные вещи раскрыли тебе глаза, как на эгоистов, так и на совестливых людей.

– Да, я даже и не ожидала такого эффекта, — призналась жена. – У меня появилось ощущение, будто бы я читаю их мысли, но слышу и вижу не слова, а чувства. Правда, некоторые соседи пытались спрятать свои мысли под маску, но делали это достаточно неумело. Самый искушённый из них – это Йохан. Он сумел спрятать свои истинные чувства, но его маску я разглядела сразу же, как только он начал говорить.

– И чем же отличается маска от настоящего чувства? – поинтересовался муж.

– Она всегда молчаливая, холодная, застывшая и в ней не чувствуется движения энергии. А настоящее чувство, оно как ручеёк, который всё время бежит, журчит и играет бликами на свету, — объяснила ему Зара.

– М-да, теперь тебя очень трудно будет обмануть, — вздохнул Адам и снова выпустил в воздух большую порцию дыма.

– Ты очень об этом сожалеешь? – улыбнулась жена. – Так попроси меня, и я сниму эти украшения.

– То есть, я должен сказать: «Зара, сними, пожалуйста, эти бусы и серьги, потому что я хочу тебя обмануть», — вновь захохотал Адам. – Не слишком ли глупо это будет выглядеть с моей стороны?

– Конечно же, глупо, — тоже засмеялась жена, — зато честно.

– Значит, обманывать честно можно, а нечестно – нельзя?

Зара вдруг посмотрела на него таким проницательным взглядом, от которого Адаму стало немного не по себе. Словно бы два луча невидимой энергии осветили  его сознание, сканируя и считывая всю информацию, которая в нём хранилась. Перстень на пальце археолога заметно потеплел, и это тепло мгновенно распространилось по всему телу, после чего у археолога сразу же пропало ощущение, что его просвечивают.

– Меня ты всегда пытаешься обмануть не для того, чтобы причинить вред, а для того, чтобы уберечь от излишнего расстройства, — тихо произнесла жена. – Кажется, это называется ложью во спасение.

– Дело в том, Зара, что тебя сильно пугают мои, так называемые, «фокусы», — вздохнул Адам. – У меня и у самого душа в пятки уходит, когда я начинаю изучать какой-нибудь новый фокус.

–Фокусником ты никогда не был, а магом и волшебником стал совсем недавно, — усмехнулась жена. – Неудивительно, что ты и сам пугаешься того, с чем сталкиваешься. Ты сотворил какое-то новое чудо и теперь боишься мне его показать?

– Да, — коротко, но решительно произнёс Адам.

– И это чудо, конечно же, связано с маской Ихтилона, — уже не спрашивала мужа Зара.

– Да, — подтвердил он.

– Когда ты успел её надеть? – прищурилась жена.

– Сегодня ночью, пока ты спала, — улыбнулся Адам.

– Так вот почему мне приснились русалки, – догадалась Зара. – И что же с тобой произошло после того, как ты надел эту маску?

– Я превратился в русала, — ответил муж, — и, наверное, в того самого Ихтилона, потому что в океане меня встретили и приветствовали тысячи дельфинов.

– В каком ещё океане? – нахмурилась жена.

– В пещере под водой находится портал, который меня мгновенно переместил в океан, предположительно в район островов Южного архипелага, — объяснил ей Адам. – И обратно я вернулся этим же путём.

– Вот ведь вижу и знаю, что ты не фантазируешь и говоришь правду, — устало вздохнула Зара, — но поверить в это не могу.

– Я бы с удовольствием тебе это прямо сейчас и продемонстрировал, но боюсь, что тебе такой фокус не очень понравится, — сказал муж. — Уж больно ужасен этот Ихтилон.  Я чуть с ума не сошёл, когда увидел своё отражение.

–А как он выглядит? – заинтересовалась жена.

– Вместо рта зубастая пасть, большие выпуклые глаза, приплюснутый нос и длинные руки-лапы с пальцами-когтями. Внешность, мягко выражаясь, не для слабонервных.

– Ты считаешь, что у меня слабые нервы? – улыбнулась Зара. – Меня пугает внезапность и неожиданность, а также неизвестность и неопределённость. Ко всему прочему я отношусь абсолютно спокойно. Предупреди меня, что ты сейчас превратишься в дракона, и я не испугаюсь, потому что дракон-то всё равно будет добрым. Надеюсь, что твои внутренние качества не меняются от таких превращений?

Адам задумался, видимо вспоминая то, что он чувствовал, когда был русалом.

– Всё время, пока я был Ихтилоном, я ощущал себя человеком, — признался он, — хотя моё новое тело жило по своим законам, и мне не нужно было задумываться над тем, как взмахнуть хвостом или изменить направление своего движения. Если бы я превратился в настоящего Ихтилона, то тогда, наверное, не испугался бы своей внешности, когда увидал себя впервые.

– Ну, вот видишь, значит и мне не стоит бояться того русала, в которого ты превращаешься, — кивнула головой Зара. – Пойдём, ты покажешь мне, как это у тебя получается. Кстати, а зачем тебе нужна была та книга с гравюрой? Уж не хочешь ли ты и меня превратить в русалку?

– А почему бы и нет? – усмехнулся Адам, припомнив свой утренний сон. – Уверяю тебя, ты получила бы незабываемые ощущения от подводной прогулки. Но есть одно «но».

– Какое? – полюбопытствовала жена.

– В книге описан и показан процесс превращения девушки в русалку, а как насчёт обратного превращения? – вздохнул Адам. – В моем случае всё предельно просто: маску надел и стал русалом, маску снял и превратился снова в человека. А тебя я должен буду превращать в русалку, и я уже знаю, как это делается. Но что и как я должен делать для того чтобы ты стала снова человеком, я ещё не знаю.

– Нет, тогда я не хочу превращаться в русалку, — запротестовала Зара.

– И я тоже этого не хочу, — засмеялся муж. – Кто мне тогда будет по утрам завтрак готовить?

– Вот в этом-то и проявляется весь твой эгоизм, — буркнула жена. – Проголодаешься, превратишься в русала и приплывёшь ко мне сырой рыбой питаться.

– Бр-р, — передёрнул плечами Адам. – Прямо с головой, кишками и плавниками?! Да ни за что! На таких условиях ни в какую русалку я тебя превращать не собираюсь.

– Сам, значит, будет плавать по морям и океанам, а жена в это время должна ему завтраки готовить? – возмутилась Зара. – Нет уж, давай сделаем так, чтобы всё было поровну.

– Тогда пойдём читать книгу, — предложил ей муж, — если ты, конечно, ещё не передумала превращаться в русалку.

– Сначала я посмотрю, как это получается у тебя, — сказала Зара, поднимаясь с дивана, — а потом уж я и решу, стоит ли мне вообще этим заниматься.

 

Спустившись в тайную лабораторию, Адам подошёл к книжному шкафу и снял с полки книгу с гравюрами Ихтилона.

– Мы возьмём её с собой и попробуем во всём  разобраться на месте, — предложил он жене.

– А ловушка отключена? – встревожилась Зара.

– И ловушка отключена, и доска лежит на месте, — успокоил её Адам. – Я понесу книгу, а ты освещай фонарём дорогу.

 

В этот раз Зара шла по подземному коридору уже более уверенно, но, подойдя к ловушке, всё равно попросила мужа проверить, правильно ли лежит доска. Адам незаметно активировал перстень и вдруг обнаружил, что доску действительно кто-то сдвинул.

«Значит, не такие уж они и безжизненные эти коридоры, — подумал он, поправляя доску. – И хоть ловушка обезврежена, существует вероятность того, что кто-то может её вновь активировать. Отпускать сюда Зару одну ни в коем случае нельзя, да и дверь неплохо было бы закрывать на замок».

 

В подземной пещере Адам подошёл к каменной тумбе и, надавив на кнопку в её основании, стал ждать, когда тайник полностью откроется. Затем он положил на плиту ключ-монету и книгу, которую раскрыл на нужной странице.

– Зара, некоторые волшебные вещи никому не позволяют смотреть на то, как они занимаются превращением, — предупредил он жену, вспомнив о том, как его насильно разворачивала шкатулка Фана. – Так что не пугайся, если кто-то невидимый развернёт тебя в обратную сторону.

И действительно, как только Адам приложил маску Ихтилона к своему лицу, тело Зары мгновенно повернулось спиною к мужу.

– Ой! – невольно вскрикнула она. – Хорошо, что хоть предупредил.

Адам, уже превратившийся в Ихтилона, хотел ей что-то ответить, но вместо слов из его приоткрытой пасти вырвались совсем другие звуки, похожие на свист, потрескивание и щелчки. Зара, услышав странные звуки за своей спиной, развернулась и сразу же ахнула, прикрывая ладонями лицо.

– О, Господи! – застонала она. – Какой же ты страшный!

Адам-Ихтилон опять попытался ей что-то сказать, но, услышав всё те же щелчки и треск и сообразив, что ничего другого у него не получится, попросту бросился в воду и нырнул на глубину, давая жене время на то, чтобы она успокоилась.

Затем он выплыл на поверхность и начал кружиться, вращаться вокруг своей оси и танцевать на хвосте, словно хотел показать жене всё, на что было способно его тело.

 

Закончив представление, русал подплыл к нижней ступени и замер, слабо шевеля хвостовым плавником.

– Адамчик, возвращайся в свое тело, а, — жалобно попросила его Зара, присев рядом с ним на ступеньку каменной лестницы. – Мне одной здесь страшно и одиноко.

«Я её слышу и понимаю, о чем она говорит, — подумал Адам, — а сам ни одного слова по-человечески сказать не могу. Интересно, а как мы будем общаться, если и она превратится в русалку»?

Он быстро поднялся по ступеням к каменной тумбе и хотел уже приложить монету к фреске, но его взгляд скользнул по раскрытой книге и Адам замер, потому что вдруг понял, что может прочитать старинный текст. Быстро пробежав глазами несколько абзацев, в которых как раз и был описан процесс перевоплощения, он торопливо положил монету в тайник и Зару снова развернуло.

 

– Адам, всё? Уже можно поворачиваться? – с надеждой в голосе спросила Зара, подождав несколько секунд.

– Можно, можно, — со смехом ответил ей муж. – А говорила, что не будешь бояться.

– Уф! – устало и с большим облегчением вздохнула Зара, повернувшись лицом к мужу. – Мне уже стало казаться, что ты навсегда так и останешься русалом. А что ты мне хотел сказать, когда щёлкал и трещал?

– Чтобы ты не пугалась и что я скоро снова стану человеком, — улыбнулся Адам, — но, как выяснилось, в образе русала я могу только свистеть и трещать. Но зато я слышу и понимаю тебя, а ещё я могу читать эту книгу, и мне теперь уже не нужен переводчик.

– Ты понимаешь, что там написано? – удивилась жена.

– Всё до единого слова, — подтвердил Адам. – И, кажется, я даже знаю, как эти слова произносятся.

– На человеческом языке или на языке русала? – попыталась уточнить Зара.

– А вот этого я пока ещё не понял, — пожал плечами археолог. – Но сейчас мы во всём этом разберёмся. У тебя ещё не пропало желание стать русалкой?

– Ты сначала найди способ превращать русалку в человека, — испуганно замахала руками жена. – А вдруг я навсегда останусь русалкой?

– Нет, не останешься, — успокоил её Адам. – В книге как раз и написано о том, что Ихтилон иногда превращал своих русалок обратно в женщин, но делал это только в двух случаях. Первый случай – это когда он изгонял наложницу из своего гарема за какую-нибудь провинность, а второй случай – когда его жена сама хотела  вернуться в мир людей. Но и в первом и во втором случае русалка сначала должна была родить ему ребёнка.

– Никого рожать я больше не собираюсь! – запротестовала Зара. – У нас с тобой уже есть дочь и скоро появятся внуки.

– А я бы не отказался от какого-нибудь хвостатого карапуза, — лукаво усмехнулся Адам. – Тем более что жить он будет в воде, сам питаться, и одежда ему опять же не нужна.

– Да ты с ума сошёл! – всплеснула руками жена. – Ты хоть соображаешь, о чём ты говоришь?

– Ну, в общем-то, да, — еле сдерживая смех, подтвердил Адам. – Не думаю, что в этом отношении русалы и русалки чем-то отличаются от людей.

– Седина в бороду, а русал в ребро, — покачала головой жена. – У тебя видно совсем крыша съехала от этих превращений. Рожать русалов и русалок я отказываюсь и точка! Забирай книгу, и пойдём домой.

Она решительно развернулась и направилась к выходу из пещеры.

– Да пошутил я, Зара, пошутил, — захохотал Адам. – Ихтилон-то я не настоящий и к тому же ребёнка ты от меня уже родила и поэтому главное условие давно выполнила.

Жена остановилась и недоверчиво посмотрела на мужа.

– Вот даже мои серьги и бусы не позволяют мне понять, когда ты врёшь, а когда говоришь правду, — вздохнула она. – А если ты и сам ошибаешься, и мне действительно придётся сидеть девять месяцев в воде, а затем рожать русалку для того, чтобы снова стать человеком?

– Ну, так давай вместе, и внимательно почитаем эту книгу, — предложил ей Адам. – Я сейчас превращусь в Ихтилона и быстро найду всю необходимую информацию, а затем и тебе покажу, какой текст нужно переводить, если ты, конечно, мне уже не веришь.

– Да верю я тебе, верю, — проворчала Зара, возвращаясь к мужу. – Просто ты не знаешь, что такое материнское чувство. Ведь мне же потом придётся каждый день превращаться в русалку и искать по всему океану, куда уплыл этот хвостатый ребёнок. Читай, что там написано, а я пока отвернусь.

Жена повернулась к Адаму спиной, а он вновь превратился в Ихтилона и стал читать книгу.

 

Спустя минуту Заре надоело светить фонариком в темноту, и она опасливо, но не без любопытства посмотрела через плечо на мужа. Адам-Ихтилон стоял на хвосте и внимательно читал книгу.

– Боже, какой он большой-то, — прошептала она, разглядывая русала, — и, наверное, сильный и неутомимый. Вон, какие мышцы бугристые. Неудивительно, что Адам в таком теле вновь почувствовал себя молодым.

– Может тебе фонариком посветить? – уже громче произнесла она, обращаясь к мужу.

Адам-Ихтилон скосил на неё свои выпуклые глаза и что-то в ответ посвистел и пощёлкал.

– А, все равно я ничего не понимаю, — махнула рукой уже осмелевшая Зара. – Читай дальше.

А сама потихоньку подошла вплотную к русалу, и прикоснулась ладонью к его обнажённому торсу в том месте, где кожа начинала постепенно превращаться в чешую. На ощупь кожа русала была эластичная, влажная и не такая тёплая, как у человека. От этого прикосновения Адам-Ихтилон вдруг вздрогнул и весь напрягся. А затем по его телу пробежала дрожь, и русал отчаянно затрещал, засвистел и защёлкал.

– Всё, всё, всё, — испуганно отступила от него на несколько шагов Зара, — успокойся, я больше не буду тебе мешать. Просто мне стало немного скучно.

Она еле успела договорить, как какая-то неведомая сила вновь развернула её спиной к русалу и Зара поняла, что Адам возвращается в человеческое тело.

– И как только ты додумалась прикоснуться именно до этой части тела? – зябко пожимая плечами и посмеиваясь, произнёс Адам.

– А что такое? – удивилась она, повернувшись к мужу. – Я сделала что-то не так?

– Так, так, всё так, — со смехом ответил ей Адам. – На теле русала, это одна из самых чувствительных эрогенных зон. Вероятно, именно это место у своего партнёра массируют русалки во время спаривания.

– Боже ж ты мой! – смутилась Зара. – Да откуда же мне было знать-то?

– Знать, не знала, но угадала с первого раза, — продолжал смеяться Адам. – Не иначе, как тебе это подсказали твои бусы и серьги. У меня аж в голове всё помутилось.

– Что, так сильно возбудился? – немного ехидно и в то же время игриво поинтересовалась Зара.

– Женщина, не буди во мне зверя, — уже во весь голос захохотал Адам, — а не то не обойтись нам с тобой без хвостатых наследников.

– Хорошо, что хоть вовремя узнала, — усмехнулась жена. – А еще, за какие места тебя нельзя трогать?

– Это нам с тобой придётся узнавать уже на практике, — ответил ей муж. – Прочитай вот этот абзац, и ты поймёшь, что можешь вполне спокойно превращаться, как в русалку, так и снова в человека.

Зара заглянула в книгу, но долго читать и переводить вовсе не стала, а просто пробежала глазами весь текст и посмотрела на мужа.

– Не хочу я тратить на это время, — махнула она рукой. – Если ты так говоришь, значит, так оно на самом деле и есть. В конце концов, тебе и самому на старости лет невыгодно остаться в одиночестве. К тому же первым превращаться в человека всегда буду я, потому что ты в это время должен быть Ихтилоном и лично совершать этот обряд. А это, уже какие-никакие, а гарантии. Я не ошиблась?

– Совершенно верно, — подтвердил Адам. – Если я не стану превращать тебя из русалки в женщину, то и ты всегда можешь помешать мне стать человеком. Ну что, ты готова совершить этот обряд?

– На тебя я уже насмотрелась, а сейчас хочу посмотреть и на себя, — решилась Зара. – Начинай!

– Держись за плиту и покрепче, — посоветовал ей Адам. – Стоять на одном хвосте не так уж и просто, а от неожиданности ты можешь и равновесие потерять.

 

В книге были написаны все слова, которые Ихтилон произносил во время этого обряда и Адам, превратившись в русала, взял в правую руку ключ-монету, приложил её к груди жены и стал громко читать заклинание. Зара сначала вместо слов услышала только свист и щелчки, которые издавал Адам-Ихтилон. Но затем по всему её телу прокатилась горячая волна невидимой энергии, темнота пещеры рассеялась, и новая русалка вдруг услышала последние слова русала.

– И станешь ты моей женой! – закончил свою речь Адам-Ихтилон и снял с груди русалки ключ-монету, после которой на коже остался чёткий отпечаток.

– Вот и всё, Зара. Теперь ты – русалка и, как и всегда, моя жена, — усмехнулся он. – Тебе нравится твоё новое тело?

– Пока ещё не поняла, — призналась она, осматривая себя со всех сторон. – Почему мы не взяли с собою зеркало?

– А ещё я забыл взять компас, часы, секстант и камеру для подводной съёмки, — засмеялся Адам. – Всего сразу не предусмотришь.

– Смотри, а этот отпечаток так и не проходит, — сказала Зара, потрогав на своей груди след от большой монеты. – Типа ты мне клеймо поставил, да?

– Это не клеймо, а отличительный знак жены Ихтилона, — поправил её Адам. – А ещё этот отпечаток нужен для того, чтобы превратить тебя обратно в человека.

 

Они стояли на хвостах у каменной тумбы и разговаривали, прекрасно понимая друг друга, но если бы сейчас в пещере оказался кто-нибудь другой, то кроме свиста, щелчков и потрескивания, он ничего бы не услышал.

 

Именно так и произошло со старым гномом, который осторожно выглянул из-за каменной стены.

– Винтус, — тихо прошептал Пакль, — археолог только что и жену превратил в русалку.

– Не слишком ли близко ты к ним подошёл? – встревожился Винтус.

– Не беспокойся, всё под контролем, — успокоил его старый гном. – Когда Адам превращается в Ихтилона, то наш повелитель сразу прячет свою энергию. Тоже, наверное, маскируется.

– И чем сейчас они заняты? – поинтересовался Винтус.

– Что-то свистят друг другу, — пожал плечами Пакль. – Особенно старается Ихтилон. Поди, уговаривает свою старую, а теперь уже новую подружку в воде побарахтаться, — со смехом добавил он.

– А в академии вам разве не преподавали язык русалок? – спросил его Винтус.

– Мы – сухопутные погранцы и с русалками контакта не имеем, — ответил ему Пакль. – Русалок хорошо понимают элферны, но они – непревзойдённые полиглоты и, в общем-то, понимают всех, потому что способны превратиться и в рыбу, и в птицу, и в дерево. Кстати, Элферн-Давин давно не появлялся в энергетических полях?

– Я уже и не помню, когда в последний раз его видел, — признался Винтус. – А почему тебя это интересует?

– Бримм подслушал разговор братьев ордена. А говорили они о том, что тело второго водителя рефрижератора, того самого, который и раздавил журналиста, забрали элферны, — пояснил старый гном. – Все события, которые происходят вокруг Герона Мелвина, так или иначе связаны с каким-нибудь посланником. Вот я и подумал: а не заглянул ли на огонёк к журналисту сам Давин?

– Хм, — задумался Винтус. – Сам-то, может быть, и не заглянул, но если кто-то из элфернов крутился рядом с журналистом в момент аварии, то над этим уже стоит задуматься.

 

Старый гном отцепил от пояса фляжку с блеккой, отвинтил крышку и, запрокинув назад голову, сделал пару больших глотков.

– О! – воскликнул он, вытирая седые усы. – Кажется, Адам уговорил свою жену, и они нырнули в воду. Печать Ихтилона он забрал с собой, а значит, сейчас они должны воспользоваться каким-нибудь порталом. Ну, тогда и я пойду, поковыряюсь в его вещичках. Прощай.

Пакль еще раз приложился к фляжке, затем взболтнул её, определяя оставшееся количество напитка, и с сожалением вздохнул.

«Рыбак Илмар всё ещё не вернулся домой и неизвестно когда он ответит на моё предложение, — думал Пакль, направляясь в тайную лабораторию. — А у меня настойка катастрофически убывает. Вторую же бутылку без спроса брать нельзя. Мужичок-то он достаточно серьёзный, может и навсегда лишить меня этого удовольствия. И ни Винтус,  ни я никогда не научимся делать такую блекку, а секрет приготовления Илмар, конечно же, никому не откроет. Во всяком случае, я на его месте именно так бы и поступил».

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s